Белый волчонок

Вспомнить хоть что-то полезное из «бальной» книжки удается с трудом. Когда перед тобой мелькают челюсти, злобные глаза и отвратительные тела, не до воспоминаний.

Только вот про разнообразных жуков в память врезалось. У этих под панцирем на спине проходит то ли главный нерв, то ли что-то очень чувствительное. Если проломить и обнажить «начинку», то от боли они теряют ориентацию.

— Псы только грызут, у них мертвая хватка, — слышу слабый голос Володи, вот он, наш личный справочник. — Но очень крепкий скелет, надо дробить.

Гончие остервенело нападают на купол, клацая челюстями. От каждого удара Каритский вздрагивает, но пока удерживает. Судя по его лицу, это не надолго.

— С этими что? — указывая я на желеобразный кусок сороконожки, впечатавшийся в купол после удара рыжей.

— Яд... Яд в присосках на лапах. Если прицепится, не оторвешь. Отойди назад! — вдруг громко кричит он.

Я вижу, что Покровский стоит слишком близко к слабеющей защите. Он отвлекается на окрик, медлит и сразу три гончие врезаются в купол, прорывая его.

Отлетает обратно только одна, вторая вцепляется зубами в бедро Богдана, третья хватает его за голень и мотает головой, вгрызаясь. Его вопль заглушает вой демонов.

Я запускаю силу внутрь скелета одной твари и тяну во все стороны, разрывая на мелкие части.

Илена подбегает и бьет другую гончую кулаком по голове, разнося череп на осколки. Боги, наверное, хорошо повеселились, давая наследнице самого миролюбивого рода боевую мощь.

Покровский падает и замолкает.

— Олег! — зову, видя стремительно растекающуюся лужу крови, и оглядываюсь.

Володя оседает прямо на руки Олега, пока тот поддерживает Сашу, не давая тому истощиться. Рыжий смещается вместе с целителем, отодвигая опасную границу.

Мы с Иленой продолжаем отбиваться, швыряясь силой и всем, что под руку попадается. Я только вижу краем глаза, как Саницкий укладывает Володю на землю и склоняется над бездыханным здоровяком.

Что-то не так.

— Не могу, — слышу его сдавленный голос. — Не срастить.

— Просто останови кровь! И заглуши боль, как сможешь.

За дымкой, источаемой разломом, я замечаю движение. Безопасник скачет к нам на одной ноге, быстро приближаясь. Ну вот и все, приехали. Отбиваться, и от толпы монстров, и от отдельно взятого их представителя, мы не сможем.

— Отходите! — он вдруг бьет силой в самую гущу тварей.