Белый волчонок

Половина Африки превратилась в дикую пустыню, так же называемой Великой.

А потом боги договорились. И наградили людей, выступавших на их стороне. Тех, кто выжил. Константинополь стал нейтральным городом, межгосударственным. А храм Софии - храмом всех богов. У меня мурашки несутся табуном по коже. Ничего себе, «иначе» развивались.

Я скачу с главы на главу, то вперед, то назад, вчитываясь в выжимки главных событий. Не было арабских завоеваний, не было османов и православной церкви. Египет, выйдя из под управления Эллады, то есть Греции по-нашему, захватывал земли до территории Турции, где она была когда-то в моем мире.

После чего, объединившись с Русью, напал на Константинополь. Эллада заключила союз с Ватиканом, чтобы сдержать их. И тогда вмешались боги.

Разборка переросла в массовую, божественные силы стали меряться, не стесняясь последствий. Гибли целые народы и сами боги. И в итоге... Я листаю так яростно, что рву пару страниц. Почти весь египетский народ погиб, погибли и славянские боги. И Российская Империя перешла под покровительство египетского пантеона.

— Еб...ческая хтонь! — громко подвожу итог прочитанного.

— Ты чего ругаешься то, малец?

Я аж подпрыгиваю от неожиданности и роняю книгу. Прямо передо мной из воздуха материализуется гном. Карлик с большой головой, перекошенной волосатой рожей, кривыми короткими ногами и совершенно голый.

— Бл...ь, — выдыхаю я, уставившись на это чудо. — Ты кто еще?

Гном удивленно хлопает огромными глазищами. Даже уши у него оттопыриваются.

— Так это, Бэс я, молодой господин.

— Бес? — я подозрительно прищуриваюсь. Нечистой силы мне еще не хватает, вдобавок к египетским богам.

— Б-э-с, — по буквам повторяет он. — А не бес. Хранитель рода. И дома особливо.

— Домовой чтоль?

— Нет! — существо дергает плечом и презрительно сморщивается. — Не сравнивай меня с этими... Я - божество, — гордо произносит он. — А домовые так, духи местечковые, кто ж их до рода допустит. Даже это запамятовал, да?

— А ты откуда знаешь?

— Так матушка твоя поведала.

Просила присмотреть, помочь чем смогу, — он звучно чешет между ног, под бородой, которая, к моему огромному счастью, прикрывает божественные мудя. — Ты же теперь совсем как дитя. И побелел, вон, весь, — он кивает на мою голову.

Значит цвет моих волос - побочный эффект загадочного ритуала. Мы таращимся друг на друга еще пару минут. Затем Бэс обращает внимание на книгу и бережно поднимает ее.

— Изучаешь, — он гладит обложку. — Молодец.