Цветы на ее ладонях

Пьяные от адреналина, пьяные от страсти, пьяные без вина.

Через два дня парень позвонил и попросил приехать. Сказал, что машина в ремонте, и что не сможет заехать сам. Но очень, очень ждет. И голос его так дрожал от возбуждения. Она еле досидела последнюю лекцию и вызвала такси.

Машина стояла у подъезда. И, судя по выпавшему снегу, сегодня с утра он никуда не ездил. Рядом стояли еще две машины, но на них Уршула не обратила внимания.

Она открыла дверь собственным ключом, теперь он у нее был, и вошла. Скинула в прихожей пальто и хотела уже снять сапоги, как раздался звук ключа в замке, и в квартиру вошел совершенно незнакомый мужчина.

В маленькой комнате было необыкновенно много народу. Ноги девушки подкосились, и она, наверно, упала бы, если бы не держащий ее теперь обеими руками мужчина. Во всяком случае, стало совершенно невозможно дышать.

– Действительно, не обманул, быстро приехала.

Збышек сидел на стуле, губа распухла, половину лица заливал синяк.

– Ну, что же не смеёшься, курва? Если бы была моя воля, я тебя бы прямо здесь порвал. Но ничего, я подожду, я терпеливый.

Мужчина подошел к девушке и взял ее за подбородок. Уршула чувствовала, что слезы уже проложили свои дорожки по щекам. Было так страшно. И она не знала, что все это значит, что будет.

– Жаль, жаль, что за тебя кто-то предложил столько денег.

Он отпустил ее и отвернулся.

– Но за него никто ничего не обещал. А он, видишь, какой молодец, пару раз по морде получил и сразу тебе, любимой, позвонил. Так что не любит он тебя, не нужна ты ему.

Он отошел от девушки и внезапно резко ударил Збышека. Потом еще и еще. Второй держал парню руки за спиной, а “квадратный подбородок” бил.

Уршула закричала и попыталась вырваться, но ее держали крепко. Единственное, что она смогла сделать – это закрыть глаза, но стоны Збигнева прорывались сквозь ее рыдания.

А мужчины уже повалили парня на пол и начали бить ногами. Она не могла, она просто не могла больше этого слышать, и в ней начал нарастать протест. Она не хотела, пыталась сдержать себя, но все происходило помимо её воли. Эта горячая волна переполняла Уршулу и требовала, требовала выхода.Она с трудом разлепила почему-то ставшие совсем сухие губы:

– Не надо. Я прошу.

Бандит вернулся к ней.