Мозаика (книга 2)

Потом – это она никому уже не рассказывала – она вспомнила, ни с того ни с сего, сегодняшнюю встречу с поклонниками и поклонницами, их восторженные лица, как они прикасались к её платью – и на лицах их читался восторг. Мианнесит с трудом поднялась на ноги – если уж умирать, то не на коленях – и вновь осознала, что ничего не болит, не течёт кровь. Последний раз, это помнилось отчётливо, её ударили ножом в живот. Мианнесит не сразу осмелилась опустить взгляд – платье там разрезано и окровавлено, но ничего больше. Потрогать себя ладонью в этом месте тоже получилось не сразу – та, с ножом, молча стояла напротив, глядя на свою добычу.

Раны сами заросли?! Как такое возможно?

— Ловко, – услышала Мианнесит вновь. – Кто-то из них умер за тебя, да? Я так пока не умею. Попробуем ещё раз?

И ещё две минуты боли, страха и густого запаха собственной крови. По счастью, только крови. Когда Мианнесит сумела снова встать на ноги, та, с ножом, уже замахивалась вновь.

— Я спасла её! – крикнула Мианнесит, глядя в глаза девушки.

– Ты же всё видела, если это ты живёшь в зеркале! Я спасла её, я вылечила её! – Ноги подвели – Мианнесит уселась прямо на пол, чем бы он ни был, и вновь пришли слёзы. Ей было всё равно – показалось, что та, с ножом, снова замахивается, но не было уже сил сопротивляться.

— Вылечила? – девушка присела на корточки, чтобы видеть лицо Мианнесит. – Рассказывай.

И Мианнесит рассказала. Словно прорвало – рассказала то, что не рассказывала даже дяде – о том, что все-все, кто пытался быть к ней добр, кто пытался приласкать, пусть даже в рамках самых строгих приличий – все они погибали в течение нескольких минут.

— Я спасла её. – Мианнесит закрыла глаза. Умолять о пощаде она не станет. Ни за что. – И тебя я не знаю, я не пыталась убить тебя.

Прошла целая вечность, прежде чем Мианнесит ощутила, что её берут за руку и помогают подняться на ноги. Ничего не болело, одна лишь свинцовая усталость.

— Но ты разбила зеркало, – посмотрела девушка в глаза Мианнесит. – Это я точно помню. Ты посмотрела, ты разбила.

Это было больно. Зачем ты это сделала?

Мианнесит молча покачала головой – не знаю. Она ожидала, что её снова полоснут ножом – или вонзят его куда-нибудь – но девушка... улыбнулась. Правда, от её улыбки мороз шёл по коже.

— Я присматриваю за ней, – улыбка померкла на губах девушки. – И если ты снова так сделаешь, я буду резать тебя, пока ты не умрёшь. Клянусь.

— Как я узнаю, что это ты? – услышала Мианнесит свой голос, и её собеседница улыбнулась.