Мозаика (книга 2)

Медленно повернулась к ближайшему зеркалу – в каждой комнате, где она находилась, есть несколько зеркал, и хозяйка завешивает их, перед тем, как уйти из номера надолго.

Повернулась и замерла. Теассевенн могла поклясться, что Мианнесит к чему-то прислушивается. А затем...

Затем Мианнесит оскалилась, схватила со стола первое, что попалось под руку – бутылку с минеральной водой – и запустила ею в зеркало.

Теассевенн ощутила, как сотни лезвий вонзаются в неё, что её режут на куски заживо. Перед тем, как потерять сознание, успела ещё осознать, что ей мерещатся два голоса – Мегин и.

* * *

Теассевенн осознала, что сидит всё в той же гостиной – останки зеркала убраны, весь беспорядок убран – а Мианнесит держит её за руку и с тревогой смотрит в лицо.

— Что это было? – поинтересовалась Теассевенн, поняв, что ничто нигде не болит. – Я упала в обморок?

Мианнесит молча кивнула и отпустила её руку. Теассевенн помотала головой. Ощущение, что вся кожа чешется, включая, простите, места, где чесаться вовсе неприлично.

Вот ещё новость! Теассевенн вскочила на ноги и подбежала к ближайшему целому зеркалу. Точно: на лице то же самое. Уже почти нормальное, но несколько секунд были видны следы заживших крохотных шрамов.

— Что случилось? – обернулась Теассевенн. – Откуда у меня... – и поняла, что одна в комнате.

Она остолбенела – как это возможно, исчезнуть из комнаты так стремительно и бесшумно? Теассевенн пробежалась по комнатам, в которые вели открытые двери. Никого.

Теассевенн посмотрела на диван. Странно. Ощущение, что в комнате она не одна, но глазами никого не видно.

— Миан? Что случилось, я тебя обидела? – Тишина. – Извини меня, пожалуйста! – Теассевенн оглянулась – никого и ничего. Ушла? Но когда, почему?! – Я позвоню, – добавила Теассевенн, глядя туда, где сидела не так давно её хозяйка, и ушла, бесшумно закрыв за собой двери.

Но возвращаться очень не хотелось. Теассевенн давно не была в таком смятении чувств. Одно понимала: случилось что-то очень неправильное – и Миан спасла жизнь своей новой подруге. В этом не было никакого сомнения.

Глава 8.