Ловец призраков

– Где вы вчера были с… С двадцати трех ноль ноль до часу ночи?

– Сажал цветы перед подъездом, – ответил Сергей, не моргнув глазом, и увидел, как у следователя на лице появилась ехидная улыбка.

– Где, где? Я что-то не расслышал, – Дорохов перестал раскачиваться и вплотную придвинулся к столу, сложив руки перед собой, как прилежный ученик, который внимательно собрался выслушать учителя.

– Ну, это… Как его… – начал запинаться Сергей. – В общем, мама раньше перед подъездом цветы сажала, а год назад её не стало. Вот я и решил, что было бы неплохо опять их посадить, так как никто не решался сделать это после её гибели.

– А почему ночью? – Дорохов, не глядя на Сергея, дочитал его личное дело и уже без улыбки добавил: «А, так ты после ранения? Что же сразу не сказал? У меня дед после войны тоже чудил: всё снаряды рвался куда-то везти. Еле всей семьёй уговаривали дома оставаться. Ладно, понятно всё. А свидетели есть, что ты копал клумбу?

– Конечно, – ответил Сергей. – С первого этажа Валентина Петровна мне лопату вынесла, с третьего – Константин Николаевич лейку принёс, а с…

– Ну, ладно-ладно.

Я понял, что у вас там подъезд не совсем обычный. Раз копал – значит, копал. Я к чему эти разговоры веду? Мне просто нужно было тебя опросить. Гонщик один, который год назад был потерпевшим в аварии с твоим отцом…

Сергей из-под лба грозно посмотрел на следователя.

– Я ни при чём, – голос Дорохова задрожал. – Время такое, сам знаешь. Деньги и связи творят чудеса. И не я это дело вёл, нечего на меня рыскать глазищами и зубами скрипеть.

Я всё понимаю. Так вот, о чём это я? Ах, да. Гонщик тот вчера на огромной скорости влетел в столб. Машину разорвало пополам. Свидетели говорят, что видели за секунду до аварии на дороге то ли пацана на велосипеде, то ли мужчину. А как только тот в столб въехал – велосипедист словно испарился.

– Вы меня в чем-то подозреваете?

– Ну, какое «подозреваете»? Раз тебя там не было, то и не о чем говорить. Тем более одни видели велосипедиста, другие – не видели.

Как говорится, на нет и суда нет.

– А что с этим водителем?

– Что, что? Помнишь сказку про Золушку: в полночь карета должна превратиться в тыкву, а лошади вновь станут мышами?

– Ну, помню.

– Вот что-то похожее и с этим гонщиком. Машина в труху, а он сам превратился в тыкву, то есть в самый настоящий «овощ». Думаю, навсегда.

– Так он живой?

– Живой-живой. Только, я думаю, что уж лучше смерть, чем такая жизнь. Еда через трубочку и питьё через марлечку.