Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 1. Том 2

его грызло какое-то беспокойство, но почему и по какому поводу — поди ж ты сообрази.

— Ближе к сути, — бросил он в ответ. — Я и так отложил срочные дела и приехал сюда по звонку, вовсе не для того, чтобы выслушивать общие фразы и объяснения ни о чём.

Медведев кивнул.

— Хорошо, — выдохнул он. — Сложно решить, с чего начать, но, если коротко…

Он покачал головой и развёл руками; сидящая рядом заплаканная Илана Медведева — а она здесь зачем — неловко и нервно теребила в руках кончик длинных русых волос.

— …когда мне позвонил Евгений Суворов и сообщил, что Йошида Распутин пытался склонить мою дочь к интиму против её воли.

Илана Медведева чуть всхлипнула; на красивом лице девушки и так были видны подтёки от косметики. Впрочем, Михаил и внимания не обратил на это; от услышанного у него распахнулись глаза.

Теперь понятно, почему Медведев вызывал в такое время суток. И почему вообще так хотел именно поговорить, а не кидался с кулаками, как он это обычно делал.

Но такие новости приятно сообщать врагу в лицо, да? Медведев чуть привстал.

— Это тянет на оскорбление моего сына, Леонид, — отрезал он.

Верить такому с полуслова глупо: Йошида, конечно, легкомысленный тип с играющими гормонами, но насильник? Впрочем, и сразу отметать, после сегодняшнего, не умнее.

Но правда — не первое, что волновало сейчас Михаила. Обвинение в адрес рода — вот что куда важнее.

— Погоди, погоди, — Леонид привстал в ответ, примирительно поднимая руки. — Я же не сказал, что так это и было. Я сказал, что так мне сказал Суворов-младший.

Бровь Михаила вздернулась вверх.

Если так, то дела только что стали хуже. Медведевы — враг раздражающий, но вполне знакомый, и за годы у Михаила накопилась уйма способов урегулировать все острые конфликты. Суворовы — совсем другое дело; по влиянию они сопоставимы с Распутиными, и если под влиянием Распутиных находилась большая часть внутренних органов, вроде полиции или ОМОНа, то Суворовы контролировали немалый кусок внешних вооружённых сил.

— Это слова только Евгения? — быстро уточнил он, садясь обратно.

— Евгения, — пояснил Леонид. — Пока только Евгения.

Пока. Леонид прекрасно понимает, что значит это «пока». Младший Суворов — просто привыкший ко вседозволенности мажор, его слово не слишком весомо. Но вот слово Суворова-отца, как и генерала Суворова, деда Евгения… Это сравнимо уже со словом самого Михаила.

— На деле же, — продолжал Медведев, — всё оказалось несколько иначе.

— Насколько...