Летние каникулы

– «Она же не просто так позвала меня в гости, не только же причина в том, что происходит? Думаю, нет. Я видел какие она, бывало, бросала взгляды на меня», - улыбнулся своим мыслям. – «Надо как-то дать ей понять, что она мне нравится. Может, просто сказать ей, как есть?» – я сел на кровати и почувствовал, как застучало сердце. – Ну, нет, а вдруг она рассмеётся и не поймет? Или сразу скажет, что не нравлюсь? Вот, черт! Ладно, что-нибудь придумаю, – я встал с постели и пошел одеваться.

Помахав рукой маме, вышел за калитку, направляясь в сторону дома Рины, что стоял на окраине деревни в конце улицы, сразу за моей.

Дойдя до перекрестка, свернул наискось, на вытоптанную дорожку, шагая вдоль невысокого забора одного из домов, стоявших справа и слева от меня. Если не знать, то и дорожку-то эту и не найдешь.

Наблюдая, как хозяева домов что-то делают на своих огородах, я вспоминал, как сам, маленький, усердно помогал родителям, в таком же похожем доме и огороде, только не в деревне, а в небольшом городке рядом.

Когда папа умер, мама продала дом, мы переехали к бабушке с дедушкой, а потом уже уехали далеко от них в большой город. Конечно, я скучал первое время, по друзьям, по дому, но время шло, и я привык.

Я свернул направо, выходя на улицу, где жила Рина, неспеша пошагал под сенью деревьев, росших почти в каждом доме. Яблони и груши, их всегда было много в деревне, каждый хозяин, видимо, считал обязательным, чтобы в его доме росло такое дерево.

Мы недостатка в них не знали, когда были младше, наведываясь к соседям, когда надо было чем-то перекусить.

Да и был в этом какой-то азарт. Осторожно пробираясь по заборам, ожидая, когда один из твоих друзей забирается наверх, обдирая руки и ноги, потом начинает осторожно срывать фрукты и кидать вниз на землю. А ты собираешь их в снятую футболку, а если вдруг замечал хозяин дерева, то со свистом и криками, весело смеясь, неслись через заборы, подальше от криков, несшихся со стороны разъярённого хозяина.

Потом уже частенько, мы стояли красные от стыда перед ними, вместе с родителями, и извинялись, обещая, что больше так не будем.

Я дошел до дома Рины. Большой зеленый одноэтажный дом, буквально огорожен со всех сторон деревьями и высоким забором. Крепкая калитка была закрыта, но рядом на заборе был электрически звонок, который я и нажал. Звук звонка послышался где-то в глубине двора, я же, развернувшись спиной к забору, стал ждать, покачиваясь на ногах, засунув руки в карманы.