Доспех духа

– Я подумаю, – вздохнул я, решив сменить тему, пока мне не навязали учителя. – Но ты обещала рассказать, что произошло девятнадцать лет назад.

– Обещала. Но сейчас для этого не время, так как нас ждёт семейный ужин. Кузя, позови Оксану. Я бы хотела поговорить с ней до того, как все соберутся за столом, – она наклонилась и чмокнула меня в щеку. – А пока ты будешь её искать, позови свою ученицу.

---

Алёна никогда не обладала большой чувствительностью к чужому ки, но стоило войти в поместье Трубиных, она почти физически ощутила давящую атмосферу.

Кузьма же вёл себя так, словно ничего не происходит. Она поражалась его спокойствию. Даже китаец, с вечно непроницаемым выражением лица, выглядел угрюмо. Но, стоило войти в гостевую комнату, напряжение тут же исчезло, оставив лишь неприятный осадок.

Мама Кузьмы оказалась красивой женщиной с длинными чёрными волосами и приятными чертами лица. Ей едва ли можно было дать тридцать с небольшим. Подтянутая, в дорогом костюме, она смотрелась как глава крупной корпорации. Для полноты картины не хватало несколько секретарей, увивающихся следом. По короткому разговору и взгляду, которым наградила мама Кузи его ученицу, стало понятно, что Алёне придётся приложить немало усилий, чтобы отстоять право учиться у него.

Стоя в коридоре у двери, она ловила косые взгляды мужчин и женщин, мелькавших в коридоре. Никто не решался пройти мимо, или побеспокоить гостей. Минут через пять ожидания двери в гостиную открылись, выпуская задумчивого Кузьму. Он поймал взгляд девушки и ободряюще улыбнулся, показывая, чтобы она вошла. Шепнув: «Я скоро», – он направился вглубь поместья.

Когда Алёна вошла, госпожа Матчина печатала что-то на телефоне.

– Проходи, садись, – сказала она не глядя, делая жест в сторону стола. Несколько секунд она отправляла сообщение, затем убрала телефон во внутренний карман пиджака. – Рассказывай, как зовут, кто родители, в какой род входишь?

– Соломина Алёна Романовна, – ответила девушка, стараясь, чтобы голос звучал как можно более спокойно. – Отец погиб, когда мне исполнилось шесть лет. Мама умерла четыре года назад. Нашу семью изгнали из рода сразу после смерти отца.