Корректировщик 3. Инструктор

Мы с Виталиком зарабатываем на торговле криптой. Я ивестировал в предприятие на начальном уровне и продолжаю вкладывать лишние деньги в развитие нашего крохотного фонда. Были, естественно, планы по расширению бизнеса, но мы их временно заморозили. После небывалого взлета в декабре-январе биткоин обрушился, а вместе с ним в крутое пике ушли и другие монеты. Виталик успел зафиксировать прибыль в фиате, поэтому мы не обливали себя бензином, как чуваки из Гонконга. Но пояса пришлось слегка затянуть.

И вот — получите-распишитесь.

Будет еще хуже.

— Насколько хуже? — решил я прощупать почву.

— Я бы сказал, до дна еще далеко, — уклончиво ответил мой управляющий. — До конца лета... и даже осени... не стоит вкладываться в крипту. Смотри, что я сделал. Большая часть наших активов в фиате. Это рубли, иены, конбаксы. Часть — в акциях перспективных техномагических компаний. И немножко я оставил в биткоинах на будущее.

— Полагаешь, у крипты есть будущее? — я даже не скрываю скепсиса.

— Есть, — уверенно заявил Виталик.

— В прошлом такие коррекции уже случались. Я проанализировал историю битка с 2011 года. Так вот, бывали затяжные просадки. На год-полтора. Потом наблюдался взрывной рост, и все, кто не слился, пожинали плоды. Ты же в курсе, что изначально биткоин можно было купить за пятьдесят копеек? Даже сейчас он не должен рухнуть ниже четырех тысяч рублей. Мощности растут, добыча требует больших энергозатрат. Майнеры не будут работать себе в убыток, и медведи это понимают.

— Ты забыл про стоимость электричества в разных странах, — резонно возразил я.

— Точка безубыточности будет разная. Кому четыре тысячи, а кому и три.

— Пусть три, — согласился Виталик. — Ты знаешь много активов, которые за двадцать лет выросли с пятидесяти копеек до трех тысяч рублей?

Нет.

Не знаю.

Даже акции ведущих мировых корпораций, развивающихся по две сотни лет, выглядят не столь привлекательно в среднесрочной перспективе. Волатильность — это минус. Ибо нет стабильности. Зато профит... в конечном счете превысит даже самые смелые ожидания.

— Будет и десять тысяч, — заверил Виталик. — И сто.

— Что ты предлагаешь?

— Заначку в битках не трогать. Активы в ценных бумагах нарастить. Упор сделать на компании, занимающиеся артефакторикой. Убедиться, что церковники владеют долей уставного капитала в таких предприятиях. Я предвижу бурное развитие артефакторики в ближайшие три года.

— Действуй. А от меня что надо?

— Я хочу перебросить в эти активы часть фиатных денег.