Единственная на всю планету - Книга 2

– Болтать об этом усатом чуде нельзя, поэтому и я не могу вам сказать никаких подробностей. Да и нет во всём этом ничего интересного. Разум у него пробудился, а повадки остались кошачьи. К тому же это страшный эгоист и шкодник. Его потому и подсадили на игры, что он нас всех забодал своими проделками. Ладно, хватит о нём говорить. Дядя Серёжа, возьмите на всякий случай ключ. Когда будем спускаться, я предупрежу охрану, что вас двоих можно свободно пропускать. Здесь с этим строго. Теперь, когда все избавились от вещей, поехали в кафе.

Ждала их Людмила в кафе «Славянка», которая уже сделала заказ на тринадцать человек. Снова были объятия и поцелуи в щёчку.

– Какие же вы молодцы, что приехали! – говорила Люда. – Если бы вы знали, как я скучаю по каждому из вас! Ольга нас всех связала так, что не разорвёшь!

– Как она вас связала? – не поняла Клавдия Петровна.

– Ты им не говорила? – спросила Ольгу Люда.

– Говорила, но не всем, – ответила та. – Борина мама не знает. Можешь сказать ты, раз уж начала.

– У нашей Ольги есть не совсем обычные способности, – сказала Люда. – Своими красотой, силой и здоровьем мы во многом обязаны им. Но из-за них же наша дружба превратилась в нечто большее, во что-то вроде братства. Мы привязались не только к ней, но и друг к другу, а она привязана к нам. И я считаю, что это здорово! Только вас постоянно хочется видеть, и мне мало скайпа. Быстрее бы вы уже переезжали сюда!

* * *

Владимир Анисимов работал у Фадеева четвёртый год, но с подобным заданием столкнулся впервые.

– Поедешь с напарником в Алейск, – сказал Виктор Олегович. – В той усадьбе, откуда вы забирали золото, возьмёте одного пассажира. Его нужно срочно доставить в Москву, а документов никаких нет. Есть ещё одна сложность. Он дикарь, который очень плохо нас понимает и может выкинуть что-нибудь такое, что сильно осложнит вам жизнь. Постарайтесь относиться к нему доброжелательно, но будьте настороже.

До Барнаула парень, в котором Владимир действительно чувствовал что-то странное, вёл себя вполне нормально, если не считать того, что улёгся в кровать в костюме. А вот в небольшом придорожном кафе, где они остановились пообедать, всё чуть не полетело ко всем чертям.