Мозаика (книга 1)

Не «высокий», не «толстый», но вряд ли дождёшься помощи.

Ложка переломилась. Со звоном. Эль–Неренн замерла, тяжело дыша, взглянула наверх. Так. Теперь – лишь бы не промахнуться. Оба раза. Во всех смыслах.

— Вызовите Виккера! – крикнула она изо всех сил. Топот за дверью.

Швырнула тарелку в сторону камеры, разбрызгивая подсохшую кашу по стенам. Вроде бы попала. Начал мигать красный огонёк, что–то противно запищало.

Звон, лязг. Отпирают дверь. Только бы успеть.

Она сосредоточилась и резко провела по горлу острым краем скола – сжав в кулаке то, что осталось от ложки.

* * *

— Проклятие! – выругался «высокий», делая знак товарищу. – Быстро, возвращаемся в карцер.

— Что такое? – «толстый» остановился у лифта. Высокий раз за разом нажимал кнопку вызова, но ничего не происходило.

— Попытка самоубийства. Надо же, решилась, ненормальная. Если сдохла – всё в порядке. Если жива – сматываемся, пока не очухалась. Открывайся! – высокий стукнул ладонью по кнопке.

— Сматываться? – «толстый» явно испугался. – Ты же говорил, что всё будет по плану! Что её просто усыпят! Я же…

— Заткнись.

* * *

Эль–Неренн не потеряла сознания. Она чувствовала, что кровь стекает широкой полосой, что боль, постепенно нарастая, вынуждает стиснуть зубы. Но – беспамятство не приходило.

Её подняли, осторожно уложили.

— Артерия не задета, – незнакомый голос. – Скорую сюда! Выясните, кто за мониторами. Шкуру спущу, когда узнаю.

— Эль–Неренн, – мир плыл перед глазами, но девушка успела заметить лицо охранницы. – Это я. Не шевелись. Сейчас придут врачи, только не шевелись.

Время потекло неторопливо. Но беспамятство так и не приходило. Если бы не боль, терпеть которую становилось всё труднее, эль–Неренн рассмеялась бы – так комично выглядели медленно–медленно вышагивающие санитары, с носилками. Её осторожно уложили, пристегнули – чтобы не свалилась, бережно вынесли наружу.

За пределами карцера воздух показался невыразимо приятным и свежим.

Лица. Тают, смешиваются. Как много их вокруг. А это кто, там, у стены?

Время разогналось, разогналось стремительно. Как тогда, под дождём, в грязи, у ног полицейских.

— Ты, – попыталась произнести эль–Неренн. Ей не позволили, мягко прижали ладонь к губам.

Откуда взялись силы – она не осознавала. Те, кто несли её, не ожидали такого. Беловолосая, залитая кровью, одним рывком вынудила уронить носилки. Ещё мгновение – и ремни расстёгнуты.