Королевская кровь-1. Сорванный венец

И если Ангелинке как наследнице был допустим еще и золотой, то я должна была выбирать между красным и белым. Хорошо хоть цвет аксессуаров был не регламентирован.

Это был день Ангелины, поэтому я решила не выделяться и выбрала белый. Мне он, как блондинке со светлой кожей и ярко-голубыми глазами, категорически не шел, и замученные модистки искали тот самый оттенок, который позволил бы мне не выглядеть привидением в саване или трепетной невестой перед обмороком.

Остановились на блеклом светло-жемчужном платье из мягкой драпированной ткани, закрывающем колени и руки на три четверти.

Максимально допустимый v-образный вырез, аккуратный запа́х на груди. Единственная дань королевским цветам – светло-коралловый широкий пояс с золотыми бляхами по бокам.

Что ж, за местного доктора в белом халате меня никто не примет, но и выделяться не буду.

Модистки убежали подгонять платье, подбирать обувь и украшения к нему, а я, сердито мотнув головой на приближающуюся стилистку, метнулась к столику, открыла окно и наконец-то закурила.

Набрала со змеева телефона номер Валентины – вдруг отец рядом и ответит?

– Алло?

– Отец, это Марина. Видел новости?

– Видел. И Ангелина вчера звонила, рассказала все вкратце. Просила приехать на церемонию. Но я не поеду, Марин, Валентина в больнице надолго, за детьми некому смотреть. Справитесь без меня?

– Конечно, – улыбнулась я в трубку. Отец наконец-то мог от души о ком-то позаботиться, а то когда мы все повзрослели и разлетелись, одной Каролинки ему явно не хватало. Иногда я поражалась, сколько же в нем терпения и любви к нам всем, хотя родными ему были только младшенькие.

Как-то я спросила, почему он к нам так относится, а отец пожал плечами и ответил: «Вы ее дети, а значит, и мои».

Великая любовь. Наблюдая такую, просто невозможно не сравнивать и не желать, чтобы тебя любили так же бесконечно сильно.

– Как соседи, не достают?

– После вчерашнего эфира с Ангелиной все как с ума сошли. Приходят делегациями, любопытствуют, просят помощи. Гвардейский отряд им хорошо помог, теперь вот считают, что я всесилен.

Оставленная охрана для них не помеха, чуть ли не через заборы перелезают, поэтому я попросил не мешать, успокоятся когда-нибудь.

– Потерпишь? После коронации посмотрим, что сделать для них можно.

– Конечно, потерплю. Марин, забыл сказать, с утра приезжал твой главврач, искал тебя. Очень переживал. Я ему ничего не сказал. Что делать будешь?

Я задумалась. Олег Николаевич мне плохого ничего не делал, даже предлагал обучение.