Королевская кровь-1. Сорванный венец

– Барон фон Съедентент, – проговорила я, и он усмехнулся. – Может, опишете, как вы видите мою ауру? Я краем уха слышала ваши упражнения, очень любопытно было бы увидеть себя со стороны.

– Ну-у-у… – мужчина облокотился рядом со мной на балкон, и пришлось вежливо выдыхать дым в сторону, – она выглядит как ровный бутон пламени в три ваших роста, в клетке потоков. Начинается от ступней, закручивается в области солнечного сплетения, касается ладоней и темени и стремится ввысь. В ней как снежинки в свете фонаря то появляются, то исчезают родовые узоры.

Белые спирали, плетеные ажурные структуры и большой ярко-золотой знак огня. Это очень красиво.

– Вы стихами не балуетесь, барон? Очень поэтично получилось.

– Было по молодости, – откликнулся он, – но не в этом причина. Хороший маг не может не быть поэтом. Когда видишь мир через призму магических спектров, поначалу задыхаешься от невыносимой красоты и яркости сущего. Потом привыкаешь, но описать это сухими словами невозможно. Хотя… у Макса получается.

– Макс – это ваш коллега? Рыжий и чрезмерно серьезный?

– Да, в точку. Он самый. Мы все учились у Григорьевича, с тех пор прошло уже бесчисленное количество лет, а старик нами так же помыкает. Но и делится знаниями, когда в настроении. Нам до него как котятам до тигра.

– А мне он показался милым, – рассмеялась я.

– Просто у вас похожее чувство юмора, принцесса. Поверьте, его до сих пор в МагУниверситете вспоминают с ужасом. А уж практиканты к нему попасть боятся больше, чем быть отчисленными.

Самые отчаянные идут.

– Ладно, – сказала я со вздохом. С магом было легко и весело, но нужно было возвращаться в банку со скорпионами. – Пора идти, спасибо за компанию.

– Это было для меня удовольствием, – подмигнул блакориец, пропуская меня вперед.

– И для меня, – в тон ему ответила я, чувствуя, что в груди медленно расслабляется напряженный нервный ком, застывший там со вчерашнего вечера.

– …ни в коем случае! Мои сестры должны иметь полную свободу.

Никаких договорных браков. Никакого участия в политической работе. Только если они добровольно захотят этим заняться, и то я подумаю. Раскрывать их местоположение я тоже не собираюсь. Я не настолько доверяю вам, господа, чтобы до вассальной клятвы давать вам в руки такой мощный инструмент давления.

Ангелина сердилась, была очевидно уставшей и выйти покурить не могла. Я на секунду почувствовала укол вины, что оставила ее одну с этой стаей старых коршунов.