Королевская кровь-1. Сорванный венец

– Может, вы сможете объяснить принцип действия этого переноса? Что это за амулет?

– Твоя мать говорила, что это фамильный защитный амулет, он достался ей от отца с наказом постоянно носить. Но чтобы он менял внешность, я не знал… – Святослав покачал головой. – И такой гигантский территориальный перенос, не все телепорты с таким справляются, а здесь никакого силового поля не было, никаких кристаллов. Просто камень с острой кромкой, вплавленный в серебро. Ирина все ругалась, что царапается, но практически не снимала его.

– Жаль, сплошные загадки, – разочарованно проговорила первая принцесса. – Я бы хотела понять, как мы сюда попали. И долго ли я буду выглядеть, как доярка.

– У тебя вполне приятная внешность, Ани, – попыталась ободрить сестру Василина, но наследница только рукой махнула, показывая, что не надо ее утешать, все равно не получится.

День прошел в тревожном ожидании, девочки ходили притихшие и с мокрыми глазами – не выдерживали нервы. И не спасали ни ворох вещей, купленный и привезенный Матильдой, ни библиотека, ни конюшня, ни прогулки по саду.

Там она узнала, что отец Мариана погиб год назад, что его мать живет под Лесовиной со своей сестрой - старой девой, что барона неделями не бывает дома, а гости здесь редки, как дождь в пустыне.

Тамара Дмитриевна еще рассказала, что поместье крепкое как камень и наверняка простоит много сотен лет, а вот косметический ремонт необходим, и в редкие приезды капитан сам лично им и занимается.

– Лучше бы жену завел, – ворчала повариха, ничуть не стесняясь постороннего человека, – а то либо работа, либо с утра до вечера крышу перекрывает или по стенам шпателем шаркает. А потом снова на службу. А что там на службе? Солдатня одна, нежить да дикие звери. Конечно, может, и есть у него там баба какая, мужик ведь в самом соку, без бабы не может, но сюда он ее не кажет.

Василина вежливо улыбалась. Конечно, он не блюдет целибат, это невозможно. Но как же хочется запустить очищенной луковицей прямо в добродушное лицо Тамары Дмитриевны!

Подавив недостойный королевской дочери порыв, она с яростью бросилась кромсать картошку к супу.

А за домом, у конюшни, Алина с Полиной ставили эксперимент.