Королевская кровь-1. Сорванный венец

И Мариана я тоже была бы очень рада увидеть.

– Договорились.

Я снова улыбаюсь и тепло спрашиваю:

– Как племяшки? Как Мартиночка? Высосала из тебя все соки?

Детей я не люблю, да, но не этих конкретных детей. Может, все дело в том, что с ними прекрасно справляются и родители, а мне остается только тискать их и умиляться в наши редкие встречи.

– Какое там, – вздыхает сестра, – я только и делаю, что расту вширь. Еще пара детей, и придется расширять дверные проемы.

– Мама тоже всегда полнела после родов, – я сначала брякаю, а потом понимаю, что только что нарушила негласное молчание на упоминание матери, которое мы, видимо, инстинктивно хранили с того времени.

– Да… – Василина молчит, потом просит: – Ты приезжай, Мариш, обязательно приезжай! Я так по вам всем соскучилась!

– Я тоже соскучилась, милая, – улыбаюсь я в трубку, и мы прощаемся. И только потом я понимаю, что глаза у меня на мокром месте.

Иногда кажется, что судьба словно насмехается над нами. До переворота у меня никогда не было тяги к врачебному делу, тем более к хирургии.

Я связывала свою жизнь с конным спортом и моими ненаглядными лошадьми. А после пошла учиться на медсестру только потому, что на тот момент медперсонала активно не хватало и брали на работу и студентов, и выпускников без опыта. Мечта стать хирургом появилась куда позднее.

А вот наша Василинка точно могла бы стать врачом. В ней это всегда было – любовь к медицинскому делу, умение найти общий язык с пациентами, теплое отношение к людям, терпеливость и добродушие.

Но она теперь осваивает профессию мамы и жены, тогда как именно я, не обладающая ранее ни одним из этих пяти качеств, сижу тут, в полевом госпитале, и жду следующего обхода и перевязок наших раненых.

Часть 3. Глава 4

Десять лет назад, застава на озере Полумесяц

Василина

Утро после бани оказалось чудесным. Во-первых, Василина отлично выспалась. Во-вторых, тело ощущалось необычайно легким и свежим, и она точно чувствовала запах дубовых листьев от своей кожи. А в-третьих, от простуды не осталось и следа.

Принцесса немного полежала в постели, потянулась, свернулась калачиком и только решила еще немного подремать, как услышала с улицы приглушенные стеклом голоса. Повертелась, но любопытство взяло свое, и она, как была, в длинной ночной рубашке побежала босиком к окну и выглянула из-за занавески.

На плацу, расположенном за площадью комендатуры, шла утренняя зарядка, и лейтенант Байдек, стоявший лицом к принцессе, отдавал команды на смену упражнений.