Единственная на всю планету - Книга 1

– Это ты только так думаешь, – подойдя к нему вплотную и понижая голос, сказала она. – Как я мечтала отсюда уехать в Москву, но отец не хотел бросать работу. А теперь, благодаря такой сволочи, как ты, моя мечта исполнится!

– Так тебя и ждут в Москве, – зло сказал он. – Размечталась!

– Дурак ты, Вовочка, – припечатала Ольга. – Ты знаешь, какие люди приезжают к нам на охоту? Впрочем, откуда тебе знать! Твой папочка им и в подмётки не годится. С некоторыми из них отец сошёлся достаточно близко. И в Москву его приглашали, обещая работу и квартиру.

– Ну и зачем был этот розыгрыш? – спросил Нор, когда она села за свой стол.

– Ему можно портить моё настроение, а мне нельзя? – сказала подруга. – Посмотри, как он злится. Замыслил подлость, а его за это благодарят. Ничего, я загоню ему под шкуру немало колючек. Он здесь над многими издевался, так что это будет только справедливо.

Первые два урока прошли обычно, третьим была география.

– Я ваша новая учительница, – представилась пожилая полная женщина с неприятным взглядом глубоко посаженных глаз.

«И без предупреждения Веры видно, что дрянь, – высказалась Ольга об учительнице. – Я и раньше могла неплохо оценивать человека по глазам, а сейчас это стало легче делать».

«Любви или уважения к нам у неё нет, – согласился Нор. – Неприятная женщина. У таких часто нет мужей. Вряд ли она к кому-нибудь прицепится на первом же занятии».

– На первой парте! – сверля взглядом Нора с Ольгой, сказала Таганцева.

«Помолчи, – мысленно сказала Ольга. – Смотри».

Несуществующий ни для кого, кроме Таганцевой, комар с противным жужжанием покружился у неё над головой и уселся на лоб. Она хотела смахнуть его правой рукой, но Ольга чуть-чуть подправила её действия, и учительница хлопнула себя по лбу левой, в которой была зажата указка. Класс в недоумении замер. Таганцева потёрла место «укуса», подобрала с пола выпавшую указку и продолжила урок.

– Не вспомнит, – ответила Ольга на вопрос Нора. – Когда немножко меняешь те действия, которые люди хотели совершить сами, через три дня об этом не вспомнят. Только это нельзя делать часто. Если она начнёт на каждом уроке лупить себя указкой по лбу...

На большой перемене подстерегли возле учительской Болдина и убедились в том, что его ушиб прошёл и не требуется их вмешательство.