Маска из другого мира

– Вы сказали «обычный огнестрел», – поднял руку Денис, привлекая внимание Иванова, и тот посмотрел на него. – Но я ведь правильно понимаю, что есть еще и преобразованный? Пистолеты, пулеметы?

– Неужели в Ярославле вам не рассказывали об этом? – удивленно поднял брови режиссер.

– Нам говорили только, что с нашими процентами масок это невозможно, – ответил бородач. – У меня, к примеру, семерка, еще у пары человек в моей прежней труппе – десятки. У остальных в среднем как у меня – семь, есть еще те, у кого по восемь и девять.

– Неплохо, – Костик показал новенькому большой палец. – У меня и Эли тоже по семь процентов.

– И это не повод расстраиваться, – Иванов оглядел нас внимательным взглядом. – Для того, в том числе, мы и ходим на ту сторону – чтобы добыть части масок и усилить свои возможности.

Интересно, подумал я, вычленив любопытную информацию из слов ребят. Значит, если не считать Иванова и Глафиру, у большинства в нашей труппе семипроцентные маски, у меня пока пять.

Но это именно что пока! Останавливаться на этом я точно не собираюсь!

– А вообще, я точно не зря решил разобрать все с самого начала, – кивнул тем временем режиссер. – Нужно понимать, что возможности масок не безграничны. Мы можем преобразовывать предметы, но это не волшебство, а наука. Пусть из другого мира, да и по большей части утерянная из-за катастрофы. И у нее есть законы, которые нельзя нарушать. Так, например, базовый материал, в который мы преобразовываем то же холодное оружие, всегда один – особый металл, разработанный нашими предками как раз для поражения хутхэнов.

Поэтому мечи – это самое ходовое оружие. Он состоит из одного элемента. Лезвие, рукоять и гарда – это для земных кузнецов и любителей старины. Мы же просто воссоздаем единый кусок стали нужной нам формы, и это самое главное. А раз кусок один, то, следуя правилам преобразования, на работу с ним потребуется всего один процент маски, это легко и доступно даже слабейшим из нас.

– Артемий Викторович, то есть, если мы можем что-то представить в виде целого куска, то такой предмет будет считаться единым для преобразования? – уточнил я.

– Только в какой-то мере, – ответил режиссер. – Тот же меч. Мы можем представить его как по сути сплошной кусок металла и получим соответствующий результат. Это и будет именно что кусок металла в виде меча с соответствующим минимальным уроном.