Маска из другого мира

– Ставили спектакли новых драматургов или экспериментировали с классикой. Так это называлось.

– А в чем эксперименты заключались? – впервые за долгое время подал голос Денис.

– В раздевании на сцене, – Артемий Викторович пожал плечами.

Кажется, я что-то слышал об этом, но не вдавался в подробности. В театралке об этом рассказывали мимоходом, предлагая больше узнать на факультативе – на него я, разумеется, не ходил. А тут, оказывается, совсем другой смысл открывается.

– Играют, к примеру, «Грозу» Островского, – продолжал тем временем режиссер, – а все действующие лица голые.

Артемий Викторович выдержал еще одну паузу, думая о чем-то своем. Но, как мне показалось, сам он неоднозначно относился к подобным экспериментам на сцене. Явно считал это вынужденной мерой.

– Вот за счет этого, друзья мои, театр и выживал одно время, – с улыбкой вздохнув, сказал Иванов. – Энергии такие спектакли давали много, правда, стабильности было, наоборот, маловато. Слишком неоднозначные эмоции это вызывало у зрителей.

– Хорошо, что сейчас такого нет, – поморщилась Элечка.

– Кое-где все же практикуется, – возразил Костик.

– Не настолько откровенно, как раньше, – покачал головой режиссер. – Когда актриса в нижнем белье по сцене пробегает, это не считается. А тогда, повторюсь, именно голышом играли. И неважно, у кого какая фигура при этом и сколько лет.

Меня на этих словах аж передернуло. Наверное, хорошо, что в те времена я был еще ребенком, и неоднозначные постановки не могли отбить у меня чувство прекрасного.

– Артемий Викторович, а телетрансляции спектаклей тоже для усиления порталов придумали? – неожиданно осенило меня.

Все остальные повернулись в мою сторону – Элечка и Костик с осторожным любопытством, а Ден с явным уважением. Видимо, мне удалось затронуть действительно интересную тему. А еще разговор помогал перестать фантазировать на тему, как к нам кто-нибудь подкрадывается.

– Хороший вопрос, Миша, – Артемий Викторович даже кивнул мне. – Трансляции спектаклей и специальные телевизионные постановки – это действительно попытка создать длительные устойчивые порталы, исправить классическую пару, где есть только сцена и антисцена. Но, увы, расстояние от сцены до зрителей, как и следовало ожидать, сыграло свою роль. Проходы на эту сторону получались еще слабее.