Советский эльф

Да и не в правилах советского гражданина заниматься чревоугодничеством и неумеренным возлиянием, - тактично спросил Константин Евгеньевич.

- Разумеется! Я никак не хотел задеть вашу мораль и высокие нравственные нормы. Просто, так сошлись звёзды. У меня появились лишние деньги, и вчера я случайно встретил вас. Вот мне и захотелось продолжить наиинтереснейшую беседу, – ответил я, усмехнувшись про себя после слов о хорошем человеке.

Знали бы эти профессора, кто на самом деле сейчас вместе с ними сидит за одним столом.

Как минимум, у них появились бы сомнения в собственной адекватности, а потом и в реальности происходящего.

Но это ещё подождёт. Подводить нужно аккуратно. А пока неспешный разговор перед закусками.

Сделав заказ, профессора начали расспрашивать меня о студенческой жизни. Мол, им интересно, чем сейчас живёт молодёжь.

Конечно, я старался не углубляться, а отделываться расплывчатыми фразами. И пусть я сам когда-то был студиозом, но прошло почти девять веков и многое позабылось.

Ну, и отличия между обучением на Земле и в моём мире никуда не делись.

Хотя какие-то общие моменты должны быть обязательно.

Например, глупость и наглость. Юный ум всегда ставит под сомнения авторитеты. Стремится сбросить с пьедестала мэтров и показать, что свежая кровь лучше и продвинутей. Только забывая, что стоит ещё и правильно преподносить свою точку зрения. Без хамства, вызывающего поведения и в пределах допустимых рамок.

Но какие границы у эльфа, что пересёк черту в сто или двести лет? Он же всё ещё ребёнок.

Наивный и всё ещё познающий мир. Пусть и обладающий невероятной чародейской силой. И от этого ещё более опасный.

Обуздать, научить управлять, и, самое главное, понимать, вот к чему стремятся преподаватели магической академии.

Нам же, молодым перворождённым кажется, что нас во всём ограничивают, ущемляют и постоянно держат за малых детей. Это бесит, злит и заставляет совершать необдуманные поступки.

И если некоторые ограничиваются нелепыми шутками или глупыми подколами, то другие стараются показать себя в более серьёзных делах.

Зачастую не понимая, насколько это опасно для них самих.

Вспомнить хотя бы тот случай с химерой.

О нём я, кстати, и расскажу Константину Евгеньевичу и Клементию Семёнычу. Разумеется, иносказательно, и, заменив, химеру на какое-нибудь местное опасное животное. Хотя это существо обладает определённым, пусть и чудовищно извращённым разумом, но чаще его воспринимают, как зверя.