Советский эльф

- С кем имею честь? – не торопился я выполнять их указания.

- Старший сержант, Лавров, – козырнув, ответил мне говоривший.

Повисла напряжённая пауза. Я понимал, что это воины председателя. И пришли они не просто так. Но чем я вызвал такое обращение? Неужели они изначально видят во мне врага?

Медленно я стал подниматься, откровенно провоцируя их. Не стоит давать слабину, особенно в таком примитивном обществе. Вежливые манеры отошли на второй план и теперь в действие вступил самый первый закон выживания.

Но когда это эльфы отступали?

Глава 3

Итак, их четверо. Один держит меня под прицелом, другой, видимо, главный выжидательно смотрит. Третий стоит в коридоре на подстраховке, я увидел его краем глаза. И, конечно, сам Геннадий Палыч.

Почему-то я был уверен, что начнись потасовка, он мигом присоединится. Причём будет не на моей стороне. Так что его тоже стоило принимать в расчёт.

Самым удобным мне показалось хлестнуть их всех Морозной Плетью или ещё чем-то подобным из моего боевого арсенала.

Значит пусть постоят, остынут немного.

Собираю пальцы в привычную фигуру и уже на рефлексах напевно произношу заклинание.

Ошалело переглянувшиеся мужчины напомнили мне, что магию здесь использовать не получится. Что ж, придётся вновь вернуться к варварским приёмам.

- Уберите оружие. Я вызываю вас на дуэль чести! – громогласно объявил я.

- Товарищ, старший сержант, он кажется того, – хрипло проговорил, державший огнестрел.

- Отставить, Самохин. На культурные особенности не обращать внимания. Пакуем. В отделении разберёмся.

Его слова мне совершенно не понравились. Значит шанса на честную битву никто не даст. Бросаться в бой прямо сейчас?

Моё здравомыслие, говорило, что это глупо. Четверо, хоть и людей, но против чародея без магии, потянуть смогут. А если учесть и гномий огнестрел, направленный прямо мне в голову, то их шансы стремительно увеличиваются.

С другой стороны, я чувствовал себя оскорблённым. И моя кровь перворождённых буквально бурлила в ожидании отмщения.

Дилемма?

Нет, если тебе сноровисто заламывают руки, причём почти тем же самым приёмом, что я недавно практиковал на хамовитом крестьянине. Разумеется, такого наглого нападения я не стерпел и, вывернувшись, отступил назад, вытаскивая свой кинжал.