Принцип отражения

– Нет, я жутко голоден, но лучше пойдемте, – надевать обратно куртку жутко не хотелось, но получить еще и за то, что они взорвут ютуб, исчезнув под пристальным вниманием камер посреди коридора… нет, спасибо.

– Куда? – Олеся с готовностью вскочила на ноги.

– В сказку, – фыркнул Матвеев, тоже застегивая пальто, – если получится, конечно.

– Мальчишки, вы какие-то странные, – Синицына покачала головой, но с готовностью направилась к эскалатору на первый этаж. – Надеюсь, под сказкой вы не подразумеваете желание сдать меня на органы.

Олег резко затормозил, хлопнул себя по лбу и вскричал на весь торговый центр:

– А ведь классная идея! Все, сказка отменяется, Игорь, звони какому-нибудь знакомому хирургу, мы разбогатеем!

Ионов улыбнулся, Олеся громко расхохоталась.

– Осторожнее, а то в одно прекрасное утро сам проснешься без почки.

Прозвучало это куда кровожаднее, чем у Олега, и тот подозрительно уточнил:

– И почему же оно будет прекрасным?

– Так оно будет таким для меня… где-нибудь на Мальдивах, с освежающим коктейлем в одной руке и пачкой баксов в другой, – коварно улыбнулась Синицына.

– Почки Олега на это точно не хватит, – возразил Игорь.

– Так одну заберу у Матвеева, другую – у тебя.

– Разбежалась, свою почку я буду пропивать самостоятельно.

Проходящие мимо люди на громкую троицу не просто косились – таращились, но ребятам это внимание было параллельно и перпендикулярно. Выбравшись на улицу, они с Олегом, не сговариваясь, пошли в те дворы, где совсем недавно Игорь впервые перешел грань.

Мелькнула в белой пелене знакомая помойка. Ионову показалось, что прошла целая вечность с того момента, когда он, подобрав кусок трубы, бросился на помощь Матвееву. Выйдя на заснеженную детскую площадку, они взяли подругу за руки.

– Синичка, только не ругайся потом, хорошо? – попросил Олег.

Игорь чуть виновато улыбнулся.

– Парни, вы меня уже пугаете, серьезно, – однако, несмотря на то, что голос Олеси утратил веселость, она не спешила выдирать ладони и требовать объяснений.

Закрыв глаза, Игорь мысленно потянулся к вуали, ощущая ее теплый бархат. Он понимал, что если потянет ее, как обычно – перейдет в Нер один, оставив Синицыну изумленно оглядываться по сторонам, не понимая, куда делись друзья. Рядом так же напряженно пытался сдвинуть грань Олег.

Недавняя брешь, заделанная инквизицией, ощущалась как шрам, едва сменивший воспаленную корку.