Удачной охоты, студент

И он, хорошо поставленным голосом начал вещать, будто в институтской аудитории:

― Узнать вампира несложно: если он голоден, то лицо его цвета белого бумажного листа. Если же он накануне отведал крови – лицо его багровое и раздутое, как брюшко сытого комара. Глаза вампира налиты кровью жертв, и будто светятся в темноте. Запомните: раз и навсегда уничтожить вампира можно, только пригвоздив его через сердце к земле с помощью острого осинового кола. Мой помощник сейчас раздаст колья.

Макс вытянул шею, и обомлел: со связкой заострённых деревянных палок на скамью поднялся Витёк, его лучший друг.

«Ну, нет, сейчас я вам устрою!» ― обезумевший от жара и злобы, студент стал проталкиваться к скамейке. Кеша только всё облегчил, сам придя на площадь. Сейчас он доберётся до хитрого упыря-историка, сотрёт с его рожи толстый слой грима, и все увидят лицо настоящего плотоядного, кровососущего мертвеца.

Макс попытался протиснуться между двумя широченными спинами, затянутыми в чёрную кожу, но получил толчок локтем в солнечное сплетение, лишивший его возможности дышать. Он принялся ловить ртом воздух, пытаясь проглотить его, как пищу, и силой протолкнуть в парализованные лёгкие. Хозяин локтя медленно обернулся:

― Слышишь, ты чего тут растолкался? Поаккуратней на…, ― оборвав свою назидательную речь на полуслове, он дёрнул соседа за рукав, тыча пальцем в сторону Максима.

― Пацаны-ы-ы! Я упыря нашёл. Смотрите – морда красная, опухшая. И глаза… Мужики, порвём его!

Задыхаясь, Максим показывал на Иннокентия, с помощью жестов желая объяснить, кто здесь истинный вампир. Неожиданно, он получил предательский удар сзади по темени. Били чем-то твёрдым, угловатым. Боль была подобна взрыву в мозгу. Максу показалось, что он слышал, как хрустнули кости его черепа, а глаза, будто выпрыгнули из глазниц.

И тут, на него обрушился настоящий камнепад из ударов. Били кулаками, ногами, и всем, что попалось под руку. Макс ничего не видел, но всё слышал и чувствовал. Его, трепало, будто сухую горошину в погремушке. Кожа рвалась, а кости с хрустом ломались, посылая по телу разряды мучительной, дикой боли.

В какой-то момент, удары прекратились, и он почувствовал, как кожу груди оцарапало деревянное остриё.