Баггер

Он знал, что Мария вкушает все его прелести, и город отвечает ей взаимностью. В прямом и переносном смысле. Он не раз слышал, как она превозносила его многолюдные улицы, кабаки и бездумные центры развлечений. Она называла дырой дом их детства, и за это он ее тоже ненавидел.

Молодой художник купил билет на автобус и приготовился к путешествию. Три часа жизни придется просмотреть в окно или проспать, ворочаясь на неудобном кресле. Он достал блокнот и стал набрасывать штрихи. Как это странно, когда у тебя есть власть.

Ты смотришь на окружающих людей, а они все обычные. В своих мелких бытовых проблемах. В то время как ты можешь то, что в их головы даже не придет. Даже в мечтах. А со стороны я ведь тоже обычный, – подумал Александр. Если так, то что если они все со вторым дном? Ты становишься параноиком.

Вон та бабка-колдунья, ведьма старая. А тот мужик уже давно прожигает мой взгляд своим. Может быть – они знают? А кто же ты сам без своих красок? Сидишь, царапаешь карандашом, глядя в окно, и едешь неизвестно к кому.

Эта мысль тоже прибила и пригвоздила к сиденью. Неизвестная. Он давно уже не знал ее, просто помнил. Старые впечатления и фантазии. Он приписывал ей то, что хотел видеть, и теперь это понимал.

Тяжелые мысли сопровождали его путь. И вот чужой вокзал. Такси. Прогулка по городу. Он не так плох, если его не ненавидеть, – подумал художник. Величие творца сменилось осознанием собственной ничтожности.

ОТ вокзала до больницы недалеко. Десять минут езды. Центр.

Грязный рынок. Площадь, административные здания и старая городская больница. Здание было устроено полукругом, на манер монастырей. Не хватало крепостной стены, но сама архитектура позволяла этой стене быть. Посередине расплакалась церковь. Сколько здесь людей умерло? – подумал молодой человек, глядя на старые постройки. Прошлый, а то и позапрошлый век.

Врач оказался хорошим человеком. Он встретил брата и с каким-то пониманием и человечностью ввел в курс дела. Болезнь не была ему ясна, но девушка угасала на глазах.

Как будто бледнела и выцветала.

– А вы нездешний? – почему-то спросил врач.

– Я с побережья.

– Где-то мы виделись, вот только когда? – он задумался, – Может быть… хотя вряд ли… обознался.

Только сейчас молодой человек вспомнил этого толстяка. Когда-то еще давно его жена покупала одну из ранних картин. Врач был с ней всего лишь раз. Но цепкая память не хотела отпускать мимолетное впечатление.