Баггер

Там была тоже она. Вернее отражение. Вроде бы другая девушка, а на самом деле она. Она скорчила рожицу, и отражение ответило тем же. Повторила и рассмеялась. А та, что в зеркале, красивая. Интересно, она будет нравиться людям? – подумала Мария.

Имя. Оно ей не очень нравилось. Какое-то слишком серьезное, хотя и красивое. Мария, Мария, Мария. Он произносил его с восхищением и нежностью. Это было его имя для любви, о которой девушка еще не знала. С каждым разом она все больше принимала это имя, хотя наверное, понимая, что вскоре оно изменится.

Она ощущала себя ребенком, но не могла это осознать или выразить. Она была очень счастливым человеком. Она узнавала мир и видела его. То, что обычно люди не замечают, потому что давно привыкли жить.

Огромное небо. Ветер. Пчела на дереве. Песок, в который можно зарываться пальцами. Орущие голодные чайки. Они как будто подвешены в воздухе, когда просят есть. А по земле они вышагивают, и оказываются толстые.

– А почему я не могу летать? – спросила она Александра.

– Скоро научишься, – задумчиво произнес он.

– правда-правда? А ты умеешь?

– Раньше, очень давно, умел. Потом крылья подрезали.

– А они у тебя правда были? – Мария посмотрела недоверчиво, – А куда ты их прятал? Покажи, где они у тебя были? – она не унималась, после чего молодой человек снял рубашку и показал лопатки, – вот здесь были.

«Интересно, могу ли я нарисовать себе крылья?»– подумал на какой-то миг художник, но тут же отмел опасную мысль. А вдруг не получится?

– Так значит и у меня были? – огорчилась девушка, – А кто же их забрал?

– У тебя они есть, просто ты не знаешь. Но я обещаю, что ты сможешь летать, – он обнял ее за талию и прижал к себе.

– Для тебя я все сделаю, и даже больше.

– А почему?

– Потому, что люблю тебя.

– А как это? – спросила она, хлопая большими ресницами.

– Это когда тебе очень хорошо, потому что ты рядом с тем, кого любишь. И ты хочешь быть с ним, и делать так, чтобы ему было хорошо. Это когда ты боишься потерять, зная, что если это случится, то ты умрешь. Это когда одним человеком дорожишь больше, чем всем миром.

– Значит ты меня любишь, и хочешь чтобы мне было хорошо? – спросила она смущенно.

– Да, очень хочу.