Черная вдова

Но и надежду в ее апатии она не могла чувствовать.

Она собрала силу воли и наконец поднялась с кровати. Просто день, такой обычный, что обычнее и быть не может, и в этом почти уникальный. И все же что-то странно изменилось. Тело словно не имело веса. Ей не хотелось одеваться, но она оделась, и мягкая ткань обволокла ее, как вторая кожа. Ей не хотелось умываться, но в прикосновении воды к лицу было что-то настолько приятное, что по позвоночнику Делоре пробежала дрожь.

– Доброе утро, – сказала Делоре заглянувшей в ванную Милли и, подняв свои темные волосы, закрепила их резинкой.

Ее лицо, отраженное зеркалом, было бледным, гладким и чистым, словно молоком умытым. Взгляд так спокоен и пуст. Как будто ничего плохого не было. Как будто она ничего не сделала. Но разве сделала?

Делоре побрела в кухню. Заглянула в холодильник. Ничего, кроме пачки молока. Делоре открыла ее, понюхала и поморщилась от ударившего в нос кислого запаха. Испортилось. Делоре купила его вчера. Как хранить это проклятое молоко, чтобы оно не портилось в первые же сутки?

Они позавтракали печеньем и кофе.

Спустя час дождь все так же тоскливо плакал за окном, и оцепенение Делоре сменилось нарастающей тоской. Делоре не могла подавить это чувство и поэтому просто не обращала на него внимания. Воспоминания затянуло тонкой серой дымкой, но Делоре предпочла бы не видеть их совсем. Ослепнуть на сегодня или, может быть, навсегда. Получить душу холодную и сонную, как эта суббота.

(Это просто воспоминания; как они могут владеть тобой, когда они лишь призраки, а ты – жива? Ты должна быть сильнее их.

)

Делоре встала, сложила грязную посуду в раковину, вытерла крошки со стола. По-прежнему немного странно совершать обычные будничные действия, даже после того, как жизнь утратила почти всю свою ценность. Однако нужно же что-то делать. Она сполоснула свою синюю чашку и поставила ее на полку кверху донышком, затем вымыла маленькую чашечку Милли и приступила к тарелкам.

Закончив с посудой и вытирая руки полотенцем, Делоре подошла к окну и увидела, что дождь кончился.

– Я хочу гулять, – промяукала, как котенок, Милли.

– Сначала мы должны сходить в магазин.

«Обычная жизнь, – подумала Делоре, – с обычными мелочами». Нет причин полагать, что с ней, Делоре, происходит что-то странное.

(Я меняюсь, меняюсь! Или что-то, спавшее во мне, очнулось, окрасило своим черным цветом всю мою душу.