Распыление. Дело о Бабе-яге

 – Остается проверить, хорошо ли работает система доставки Бабы Яги.

– Как? – с интересом спросил я. И тут же об этом пожалел.

– Как это как? – возмутился Лумумба. – Конечно же, отправить тебя на кладбище.

Глава 9

Глава 9

Иван

– Ну почему именно я должен идти на кладбище?

– Потому что ты – помощник, – с ангельским терпением пояснял Лумумба. – Будет неправдоподобно, если средь могил начнет рыскать великий маг и некромант, собственной персоной. Не по статусу. Да и подозрительно зело… Особенно, после моих рассказов про зомби.

– А вдруг я чего‑то не замечу? Вдруг не уловлю тонкие вибрации?

Честно говоря, идти на кладбище, ночью, одному – страсть как не хотелось. Но так же я прекрасно понимал, что придется. В некоторых случаях Лумумба бывал совершенно неумолим. Не признаваться же, что я до смерти боюсь покойников. То есть, обыкновенных мертвецов – убитых там, или умерших от какой болезни, но еще свеженьких – сколько угодно. Но тех, кто немалое время пролежал в сырой земле… Чур, чур, оборони великий макаронный монстр!

– Кончай сопли распускать, – беззлобно ругнулся Лумумба и зевнул во весь рот.

Днем мы поспать не успели. В гостиницу приперся городовой и два часа скрупулезно расспрашивал. Казалось бы: ну какая ему разница, где мы были до того, как приехать в их замечательный город, да чем там, где были, занимались? И что привело нас сюда, и по какой причине проявили альтруизм в борьбе с Матерью Драконов, да поминутно – где, чего, сколько, как… измотал почти до смерти.

После всего я охотней отправился бы в свою комнату – не такую роскошную, как у наставника, но зато с пуховой периной.

– Фонарик хоть бы дали, – канючил я, с тревогой выглядывая в окошко. Так и знал: сплошные тучи. При моей невезучести все шишки соберу. – Знаю, есть у вас…

– Обойдёсся, – обрубил Лумумба. – примешь дозу и сам будешь, как фонарик. Народ только не пугай…

Я немного приободрился. Доза – это хорошо.

Так что сейчас я испытывал двойственные чувства: с одной стороны – с дозой оно как‑то спокойней, с другой – раз наставник решился на столь радикальный шаг, дело ожидается серьезное.

– И не разбрасывайся, – предупредил он.