Распыление. Дело о Бабе-яге

 – Если не возражаешь, обе дозы я оставлю для Ласточки. Близняшкам хватит стрептомицина.

На мгновение я почувствовала душевный подъем: Бабуля со мной советуется. Как с равной. Как с добытчицей. Но тут же сникла: значит, он понимает, что на грани. Таким способом он просто дает понять, что скоро решать буду только я.

Поддавшись порыву, привстав на цыпочки, я обняла его за шею. Вдохнула смесь крепкого одеколона и табака с примесью земли и листьев… Над всем этим витал легкий, едва ощутимый металлический душок.

Кровь.

– Я обязательно что‑нибудь придумаю, – сказала я ему в шею. Бабуля отстранился. Взяв меня под мышки, легко поднял и перенес на коврик у ванны.

– Ты о чем? – спросил он так, будто речь шла о новом способе заряжать ружье.

У меня непроизвольно дернулась щека. Непонятно, то ли улыбнуться, то ли заплакать.

– О близняшках, конечно же, – всё‑таки удалось превратить нервный тик в улыбку. – Я пельменей купила, представляешь? Из того самого дракона.

Побалуем наших больных деликатесами… Поставь, пожалуйста, воду, пока я тут отскребаюсь.

– Да уж помойся, как следует, – Бабуля демонстративно почесал нос. – Представляем новый парфюм: "Гниющий зомби". Превалирует запах падали, так же угадываются нотки мокрой псины, березовых сережек, речного ила… – он прикрыл глаза, принюхиваясь. – И смерти.

– Где ты была? – вопрос звучал жестко, повелительно. Я набрала воздуху, и… выдохнула.

– Ты о чем? – невинно спросила, хлопая ресницами, и чуть приподняв бровь.

Бабуля нахмурился, на мгновение напрягся… а потом расслабился.

– Пойду ставить воду, – вышел и прикрыл за собой дверь.

Один‑один. – думала я, сдирая комбез. – Ты не хочешь, чтобы лезли в твою личную жизнь, а я не хочу, чтобы в мою…

Бабуля подобрал меня пять лет назад. Прыгая через забор, я сломала ногу. Воевали с Ночными Снайперами – другой, более сильной и многочисленной бандой, и потеря боеспособности стала приговором.

Я умудрилась заползти в какой‑то подвал и Снайперы меня не заметили. Но выбраться сил уже не нашлось. Мне было десять, я как раз получила свою первую татуировку, и очень ею гордилась…

Бабуля обнаружил меня, патрулируя Окраины. Подобрав озлобленного, одичавшего звереныша, он, в прямом смысле слова, сделал из меня человека. Научил читать и писать. Охотиться…

Вытирая голову полотенцем, читала послание от Шаробайки.