Распыление. Дело о Бабе-яге

– Почему они не разбегаются? – спросил я. – Это может быть опасно.

– Надоело, – Маша застряла меж двух толстых теток, пришлось ей помочь. – Устал народ бояться. Чувствуют, что дело к развязке, и хотят всё своими глазами увидеть.

– Сдается мне, на нашу казнь с не меньшим любопытством смотрели бы.

– Тише ты, дубина. Радуйся, что нас пока никто не узнал…

И то верно. Что‑то я слишком быстро успокоился. Как увидел, что драгоценный учитель жив‑живехонек, так и расслабил булки.

– Ты дракона в небе видал? – спросили прямо над ухом. – Вон та зеленая бестия – дракон и есть, – голос вещал не мне, а кому‑то другому. – Если он того черного гада победит – мэром станет.

– Совсем, баклан, с глузду двинулся? Как это: дракона – в мэры? Еще скажи, в президенты.

– А чё? Ты представь, кум: тут тебе и воздушные силы, и артиллерия в одном флаконе. Да с таким мэром мы и Берлин по новой завоюем, и Рейхстаг возьмем!

– А жрет он сколько, ты думал? На одних коровах разоримся.

– По честному, драконам не коровы нужны, а телочки молоденькие, – кто‑то глумливо заржал. – Если вы понимаете, о чем я…

Оставив спорщиков позади, мы наконец протолкались в первый ряд. Несколько секунд я пристально всматривался в противников, стараясь разобрать, кто из них кто. Света было мало. Только от горящего Пеликана. Да еще некоторые предприимчивые граждане, наломав веток и поджегши от пожара, размахивали ими вместо факелов.

По тому, как всё медленнее менялись обличья, я понял, что силы противников на исходе. Вот Лумумба, приняв облик могучего одноглазого дэва, руками, подобными стволам деревьев, обхватил толстое тело гигантского змея Шеши. Шеша в это время обвивал желтыми кольцами колонноподобные ноги и туловище дэва, всё больше сжимая хватку.

Учитель, вытянувшись ввысь, принял вид черного удава. Распахнул пасть и стал заглатывать желтого змея, начиная с хвоста.

Лумумба всё время пытался вернуться к антропоцентричной форме, а Елена ни в какую не желала этого делать. Она становилась пантерой, змеей, бабочкой, змеей, мантикорой, змеей – похоже, генотип рептилии был у нее в крови.

Наконец – молнии становились всё короче и ярче, а огненные шары – меньше и тусклее, Елена сдалась.