Сияй, Бореалис! Лоскутки

– Ты сам прекрасно знаешь, что это совсем не повод для неприязни. Да, мы соперники в каком-то смысле, но мы взрослые люди и любые проблемы можем решить адекватным путём.

– Взрослые люди, – усмехнулся Шинан. – Этот пожиратель зубочисток положил на тебя глаз. В плохом смысле.

– Правда, Шин, ты напрасно волнуешься.

– Он завидует тебе, Аша! Очень сильно завидует. Я это чувствую.

– С такой чувствительностью ты бы давно от мигрени слёг. Мне что, теперь из дому не выходить? В моём окружении достаточно таких завидующих людей, но если они так слабы передо мной, то просто страдают молча.

Это не мои проблемы, собственно, и останавливаться я из-за этого не собираюсь. Миру нужны открытия.

– Я вовсе не пытаюсь заставить тебя бояться или останавливаться, а всего лишь не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ты должна быть осторожна, иначе… – его голос сник. – Иначе отец мне этого не простит.

Ашаме сжала губы. Когда брат говорил об отце, она порой чувствовала себя виноватой за то, что забрала всю родительскую любовь себе.

– Всё будет хорошо, Шин.

Она всегда так говорила: с какой-то надеждой, оттенённой печалью.

Как-то раз Шинан подошёл к привинченному к стене гаражному зеркалу, снял очки и внимательно рассмотрел своё лицо, будто прежде не видел. Когда только успел так поменяться? Из отражения на него смотрел хмурый молодой человек, глаза в тени бровей, во взгляде холод – копия отец. Парень отводил взгляд и больше не смотрел на себя, а если и смотрел, то не задерживался на этом.

Генетика была удивительной штукой.

Каждый раз, когда они приходили в гараж настраивать Ленона, Шинан задавался вопросом: а с чего началось увлечение големами? Парень всё припоминал. Своего голема Аша буквально подобрала на свалке: никто даже не знал, каким чёртом хрупкую девушку занесло на свалку металлолома одним летним днем и заставило попросить бомжей расчистить мусор вокруг машины. Этот её рассказ заставил сердце Шинана упасть в пятки. Затем Аша прибежала домой рисовать печати левитации, а позже у гаража отец, растерянно хлопая глазами, пытался понять, снится ли ему неподвижный гигант или нет.

Не ругать же за это Ашаме! Смекалка и слаженная командная работа поставили механического гиганта на ноги. Ленона они дружно собирали всей семьёй несколько месяцев подряд, и это было воистину прекрасное, но, к сожалению, единственное за всю жизнь время, когда Шинан действительно чувствовал себя частью семьи.