Пряные дни

Если бы этот пес поднялся на задние лапы, то передними он без проблем достал бы до верха дверного косяка. Обычно Евгений собак не боялся, но назватьданный экземпляр обычным не поворачивался язык. На первый взгляд его можно было принять за добермана, но они никогда не вымахивают до таких фантастических размеров. Кроме того, доберманы более утонченные, тогда как массивная фигура этой собаки буквально дышала мощью. Отсутствие признаков купирования на ушах и длинном тонком хвосте намекало на то, что в тот день, когда ветеринар с ножницами подступил к этому псу, тот впервые попробовал человечину на вкус.

Он остановился рядом с креслом Евгения и, повернув голову, внимательно изучал журналиста, глядя на него сверху вниз. Журналист подумал, что если когда-нибудь надумают в очередной раз переснимать «Собаку Баскервилей», главная роль наверняка уйдет этому чудовищу вне конкурса.

– Спокойно, Апис, – негромко произнес Кирилл.

Пес отвернулся и неспешно прошествовал к директорскому столу, стараясь, чтобы гость смог как следует разглядеть могучие мускулы, перекатывающиеся под лоснящейся короткой шерстью.

Подойдя к Кириллу, он уселся прямо на ковер по левую руку от хозяина.

– Познакомься, Апис, – тот положил ладонь ему на загривок, – это Евгений Полевкин из «Утреннего курьера». Представляешь, он полагал, будто у нас можно что-то украсть. Забавно, правда?

Вместо ответа Апис широко и со вкусом зевнул, продемонстрировав ряды крупных зубов. С такой пастью он мог не только глотку ротвейлеру перегрызть, но и запросто перекусить его всего пополам!

– Что ж, думаю, теперь он понимает, насколько сильно заблуждался.

И тут директор был совершенно прав. Знай Евгений заранее, кто расхаживает здесь по коридорам, десять раз бы подумал, прежде чем приезжать в Вельярово. Не говоря уже о том, чтобы попытаться провернуть что-нибудь недоброе.

– Фантастика! – искренне восхитился он. – Что это за порода? И во сколько может обойтись клиенту такой монстр?

Апис даже не пошевелился.

Ни единый мускул не дрогнул на его теле. Только его верхняя губа немного приподнялась, обнажив клыки, и он сказал:

– Р!

Одного этого звука оказалось достаточно, чтобы Евгений буквально оцепенел. Он чувствовал, как сбегают по его груди капли пота, чувствовал, как вздыбились волосы на затылке, но не мог шевельнуть даже пальцем. Его тело, переполненное вброшенным в кровь адреналином, начисто отказалось ему подчиняться и превратилось в большую ватную скульптуру.