Пряные дни

Ирена крайне щепетильна в вопросах чистоты крови, людей на дух не переносит и с презрением относится ко всем, кто опускается до общения с ними. Оборотней, чьим отцом был человек, она считает «вторым сортом», а рождение Коли для нее стало самым настоящим оскорблением. Она просто мечтает сжить его со света и вычеркнуть из памяти.

– Страшная женщина! – поежился Евгений. – И что, находятся те, кто готов поддержать ее позицию?

– Увы! – девушка тяжело вздохнула. – Находятся. И немало.

– Но мне кажется, что единодушной поддержки она все равно не получит.

Как быть с несогласными?

– Для общения с недовольными существует Игорь. Он – ее первый пророк и глашатай.

Оксана остановилась, выглядывая из-за кустов, и знаком велела Евгению также не двигаться.

– В чем дело? – прошептал он.

– Впереди открытое место. Дальше мы пойдем, когда окончательно стемнеет, – девушка уселась прямо на траву. – Пускай сперва во всех окнах свет зажжется. Тогда нас уж точно никто не разглядит.

Журналист сел рядом с ней, застегивая пуговицы на куртке – в воздухе уже заметно похолодало.

Оксана находилась на расстоянии вытянутой руки от него, и Евгений снова ощутил, как его невольно влечет к ней. Правая рука так и тянулась обнять ее плечи, прижать, согреть… Вот зараза! Крайне неудачная идея, да еще в столь неподходящий момент. Чтобы хоть как-то отвлечься, он решил продолжить свое импровизированное интервью.

– Что же явилось спусковым крючком всей этой истории? – обратился он к своей попутчице с очередным вопросом.

– Почему вы с Колей оказались в бегах?

– Ему исполнилось восемнадцать, и Ирена дала отмашку Игорю, решив действовать, не дожидаясь санкции Кирилла. Тем более что дело наверняка бы вылилось в очередную отсрочку.

– Как же они посмели пойти против воли Вожака?

– Формально Игорь ничего не нарушил, – разъяснила Оксана. – При возникновении угрозы для Стаи, каждый из нас обязан принимать все необходимые меры для ее нейтрализации. И ничьего разрешения тут не требуется.

С этой точки зрения Николай в тот момент, когда ему стукнуло восемнадцать, стал Человеком-Который-Знает, и, следовательно, должен был умереть.

– А что же Кирилл?

– В тот день он находился в Германии, на Кинологическом Конгрессе, и Ирена воспользовалась таким удобным моментом, чтобы провернуть свое дельце и поставить его по возвращении перед свершившимся фактом. Если бы нас тогда не предупредили…

Оксана прерывисто вздохнула и закрыла лицо ладонями.