Пряные дни

Лежа на спине и закинув руки под голову, Евгений уже по сотому разу прогонял свои мысли по накатанной колее. Рядом сопел и ворочался Николай, к которому сон также не шел. Как и следовало ожидать, полученные от Оксаны ответы незамедлительно породили новые вопросы, которые теперь толклись в мозгу, требуя к себе внимания и не давая уснуть. То, как четко она определила для него границы того, что ему дозволено знать, только раздразнило любопытство журналиста. Он не мог так просто отступиться, требовалось найти иной подход.

– И все-таки, – вполголоса произнес он, глядя в потолок, – что же вы со своими коллегами не поделили? Почему вас преследуют?

– Не твое дело, – проворчал Николай, не открывая глаз.

– И где же ваша хваленая незаметность? При том, как лихо вы действуете, сохранить ваш конфликт в тайне будет весьма непросто!

– Что тебя опять не устраивает?

– Ничего себе! Вы накуролесили в Омулях, похозяйничали в ветеринарном кабинете, потом еще и машину угнали! За вами теперь вся районная полиция охотиться будет!

– Не будет, – буркнул мальчуган.

– Почему ты так в этом уверен? – похоже, провокационные вопросы Евгения достигли своей цели, оставалось лишь немного подтолкнуть Николая в нужном направлении.

– Все под контролем, – тот все-таки не сумел совладать со своим юношеским стремлением продемонстрировать свое превосходство. – Они без нашего ведома и шагу ступить не могут.

– Кончай свистеть! – Евгений решил еще немного подразнить парня. – Я еще могу допустить, что вы прикормили всех чинуш в окрестностях Вельярово, но последние события давно уже переросли рамки местечковых разборок.

– Не имеет значения. Руки у них коротковаты.

– А ваша мохнатая лапа, значит, длиннее?

– Разумеется!

– Хм. Не слишком ли вы самоуверенны? Нельзя же так насиловать Систему бесконечно. Ничто ведь не вечно под луной. Рано или поздно, но вы совершите ошибку, переступите красную черту, и ваша «крыша» слетит к чертовой матери. Как вы будете выкручиваться, оставшись без привычного покровительства? Да и без этого с вашими высокопоставленными друзьями всегда может приключиться какая-нибудь неприятность? Они могут заболеть, впасть в немилость, несчастный случай опять же…

– Дурак ты, – равнодушно произнес Николай.

– Это почему же?

– По-моему, мать все тебе максимально популярно и доходчиво объяснила. Мы пережили Инквизицию, Французскую и Русскую революции, 1937-й год, две мировых войны.