Люди-Города

Задумка удалась: с громкими радостными криками народ тотчас же окружил князя, славя его подвиги и вознося хвалу богу.

- Вы глядите, кто к нам пожаловал! – за спиной уже спешившегося Новогрудка раздался знакомый голос. – Первая столица Великого Княжества. Матка Боска!

Ироничный тон было сложно приписать кому-то еще. Передав верного коня на попечение местного конюха, князь обернулся и не смог не улыбнуться в ответ той, кто плавно отделился от пестрой толпы. Статная женщина в удобном андараке и богато расшитой льняной блузке-вышиванке, рукава которой прикрывали ее загорелые руки лишь до локтей, а широкий вырез, на котором важно расселись алые орнаментальные птицы, подчеркивал маняще пышные груди, смотрела на приезжего прямо и укоризненно.

- Пани Людмила, – вежливо поклонился Новогрудок.

- Пан Тадэвуш, – отозвалась она.

А спустя секунду, будто вмиг позабыв и про церемонии, и про людей вокруг, рассмеялась и бросилась на шею любимого, осыпая его лицо горячими поцелуями.

- Тодзя, Тодзька, Тадась, – повторяла она, пока он кружил ее. – Дзе ж цябе носіць, небарака ж ты мой! – А когда порыв прошел, и супруг наконец поставил жену на землю, добавила, с обидой ткнув его в грудь: – Дурань ты. Знал бы, сколько ночей я из-за тебя не спала, сколько слез выплакала! Разве можно так долго молчать, ни весточки не послав семье? Як ты, дзе ты – поди гадай, ці не в Свитязи утопился.

- Прости меня, Милка, – повинился Новогрудок, ласково обнимая свою Любчу и гладя по мягким волосам. – Знаю, виноват пред тобой и родней, дык як кандалы на мне мои справы. Дзе сынок наш поделся? Я думал, Всеслав встретит меня.

- Да тут он, гарэза, з хлопцами бавится, – вздохнула пани Любча. – Летом их из лесу не выгнать: то у них там якое-то паляванне, то рыбалка, то опять купаться пошли, хотя я строго-настрого запретила убегать на озера.

- Не слухаецца? – аккуратно вопросил глава семьи, тут же получив справедливое:

- Да каго слухацца, калі папаша вечно в отъезде? А мы, бабы, разве удержим ваяра? Веська растет без бацьки, як тая трава в лесу, – гляди, вунь ужо меч в ручонках трымае, не ровен час потребует власти и удела. Што будзеш рабіць, стары?

- Не такой уж я и стары, – потупившись, пробормотал князь.