Толстый демон

Однако следовало учитывать, что в ближайшем будущем весть о готовящемся испытании разлетится если не по всей стране, так по Центральной России точно, и священник сам все узнает. Опять же возможная помощь… Все равно говорить о неприятностях не хотелось.

Наконец дханн встряхнулся, зыркнул исподлобья по расходящимся смертным, развернулся и, пальчиком поманив за собой собеседников, вышел в холл. Здесь им никто помешать беседовать не мог, а кроме того, местные диваны выглядели крепче ресторанных стульев.

Недоумевая, Алла присела рядом с повелителем, практически сразу напротив уселся почуявший недоброе отец Николай. Задержка произошла из-за Уральцева, возжелавшего обсудить перспективы дальнейшего сотрудничества.

Шурик побарабанил сосискообразными пальцами по колену и выдал:

— Меня хотят свергнуть.

— То есть как? — Его визави выдохнули это одновременно, но никто не улыбнулся.

— Официально. Кое-кто из родни считает, что я слишком молод и слаб и потому землей владеть не должен.

Первым сориентировался Мозг:

— Подожди, я не понял. Владение же не признано?

— По факту оно есть. Я подчинил Источники, меня приняла земля. Местные ведающие признают мою власть и суд, Алла пользуется весом и авторитетом в глазах смертных, являясь проводником моей воли. Церковь не подавала протестов, а схватку с чужеземными магами я выиграл. Да, — демон не позволил монаху возразить, — того чародея из Ордена Розы убила Эвиар. Ну и что? Моя принятая находилась рядом с ней и не остановила, так что обстоятельства можно трактовать по-разному.

Судя по внешнему виду, отец Николай воскрешал в уме забытые сразу после экзамена внутренние уложения дханна. Алла же из короткой беседы поняла одно — дело серьезное. Шурик не просто собран и решителен, чего с ним давно не случалось, так еще и жрать не просит, чего не происходило вообще никогда! Женщина затребовала объяснений. Толстяк принялся объяснять настолько просто, насколько мог:

— В теории любому владетелю можно бросить вызов и в схватке отобрать территорию.

На практике за каждым стоит семья и род, так что наезды случаются редко. Это очень старые законы, тщательно прописанные и обросшие массой традиций, уточнений, подробностей. Мое положение двоякое — я еще не прошел второй инициации, но уже являюсь самостоятельным. Поэтому старейшины определили, что испытание будет проходить в три этапа.

— Зачем?

— Созидание, сохранение и разрушение, — пояснил Шурик.