Толстый демон

Вот оно что! Могучий чаровник пробудился, и демон пытается его скрыть. Сколько времени выиграл Ассомбаэль — двое суток? Больше? Ну, хитрая сволочь…

— На основании Владимирского договора двадцать шестого года мы просим разрешить пребывание представителей ордена Розы на землях, принадлежащих могущественному Ассомбаэлю дар Велус дар Тха из Дома Поющего Зверя, — официальным тоном закончил Иоганн.

— Угу.

Все ждали продолжения, но его не было. Шурик молчал. Славомира откашлялась:

— Езжайте, сынки, не до вас нам нонеча.

— Она осторожно скосила глаз на дханна и, ободренная, уже увереннее продолжила. — Могущественный дарует вам свое дозволение. Идите, идите, милые…

Дханн выдохнул, его облик постепенно приходил в норму. В ответ на прощальный поклон Крейцера он махнул рукой, позволяя удалиться — словно муху отгонял, — нехорошо зыркнул на ведьму и, косолапо переваливаясь, направился к своей машине. Рядом мягко ступал отец Николай, и речь святого служителя Божия чем-то напоминала змеиное шипение:

— Значит, «просто заехал»? Значит, «понятия не имеешь»?

Демон развернулся и с негодованием упер руки в боки:

— Ты еще скажи, я тебе должен весь расклад на блюдечке поднести! Ты монах-труженик или кто? Сам-то работать когда будешь?! Ты для чего сюда поставлен, а?

Отец Николай опешил от неожиданного заявления и молча смотрел, как нечистый и его слуги забираются в нутро «мерседеса».

Даже когда машина скрылась за углом, он продолжал стоять, переваривая обвинение. Всякое в его карьере случалось, но чтобы так… И, главное, от кого? Должно быть, мир рухнул.

Столь же обалдевший Боди подергал друга за рукав:

— Что это было?

— Нелюдь, — не выдержал и сплюнул на землю Мозг.

Глава 14

Подобно Шурику, господин Уральцев не любил вставать рано. Он, во-первых, как всякий уважающий себя сатанист, предпочитал вести ночной образ жизни, а во-вторых, будучи программистом, часто засиживался за компьютером до утра. Сейчас многие зарабатывают фрилансом, и предводитель городских дьяволопоклонников тоже предпочитал вольные хлеба твердому окладу.

Однако в последнее время заказов поступало мало, деньги заканчивались, поэтому некоторые незыблемые прежде принципы пришлось пересмотреть — очень уж кушать хотелось, и не только хлеб с маслом.

Тем не менее, себе Уральцев был верен и раньше одиннадцати на улице не появлялся. Просто не мог головы от подушки оторвать.

Вот и сегодня вышел он из дому часов в двенадцать, не слишком утруждаясь поиском оправданий для начальства.