Конфидент

Темно совсем, а идти ещё долго.

Мелькнула мысль, что не годится оставлять людей наедине с мертвецами, но пережитый страх и отчётливое впечатление, что обеих подруг убили бы, не сумей взять живьём, заметно умеряло милосердие. Старая ведьма рассуждала практично и здраво, да и взрослые мужчины должны были сами о себе заботиться, а не ждать подмоги от тех, кого травили как лис. Матильда вряд ли вообще страдала от нездоровых приступов гуманности, даже не оглянулась.

Заря, после захода солнца разгоревшаяся особенно ярко, не освещала путь, лишь подчёркивала тьму.

Подруги послушно топали за Дариной, и ведьма не подвела. Казалось до деревни далеко, но очень скоро выбрались на дорогу, сначала грунтовую, потом посыпанную гравием, а там и дома показались, деревья, которые не сами по себе растут, а людьми специально посажены.

К дому подобрались осторожно, со стороны улицы, но таясь. Окна темнели картинами в белых рамах. Кира прислушалась к внутренним ощущениям, но дневная тревога почти рассеялась, а новая не образовалась.

Засады как будто не было.

– Пусто там, но кто знает, что ночь принесёт. Соберите свои вещи, переночуете у меня, а завтра уезжайте. Здесь вам теперь не спрятаться. Если этот хлыщ вновь пожалует, хлопот не оберётесь.

Значит, не почудилось, в машине был Жеранский. Кире показалось, что ощущает запах его одеколона, хотя давно бы всё по ветру развеялось.

– Я согласна, – решительно сказала Матильда. – Раз нас тут так быстро нашли, значит, подставили. Кто и почему – потом разберёмся, а пока надо укрыться самим, ни на кого не полагаясь.

Вещи толком разложить не успели, так что сборы заняли минимум времени. Телефоны на всякий случай не включали, связываться с кем-либо сочли опасным. Дарина караулила на улице, озираясь в ночи как дома. Так оно и было, скорее всего. В деревнях люди вообще привычны обходиться без света, не растеряются.

– Живы те двое, – сказал с усмешкой. – В потёмках хорошо слыхать. Сами по своей дури от страха не окочурятся до утра, выйдут к жилью.

Вам они больше не угроза. Заняты личными нуждами.

Дарина жила в середине деревни в небольшом аккуратном домике. Внутри оказалось чисто и уютно, пахло травами и мёдом. Лишь когда вскипел чайник и появилась на столе еда, частью принесённая подругами, частью выставленная Дариной, Кира поняла, как она проголодалась. Прежде были иные заботы, а теперь организм запросил своё, и думать о чём-то постороннем на время расхотелось.