Конфидент

Мне прямо ничего не сказали, так я же воздушник. Пусть не всегда, но чую, когда лгут.

– Тогда пошли, любовничек. Неуютно здесь и подумать надо.

Уже у дверей Кира снова ощутила на себе липкий взгляд представительного мужчины. Викентий его звали, это она уяснила из сторонних разговоров. Отчество не расслышала, да и мало им интересовалась. Имя-адрес есть, а прочее – мелочи.

Дима тоже разглядел интерес убитого горем человека к «своей девушке», однако вида не подал, лишь на улице, да и то, когда завернули за угол, протянул задумчиво:

– А права ты.

Нечисто тут. Не нравится мне этот мужик. Тухлый он, однозначно.

Кира кивнула. Усталость навалилась такая, словно вкалывала весь день без передыху, хотя и не делала ничего существенного. Мимолётно пожалела, что не подошла ближе к телу, но что бы она смогла предпринять? Активировать утопленницу и заставить ходить? Это – пожалуй, но каков был бы смысл? Всем известно, что мёртвые – всего лишь куклы, нет в них живого огня и смысла.

Было бы эффектно заставить усопшую воздеть руку и указать пальцем на своего насильника, да только в зачёт такие доказательства не шли. Ещё и хулиганство могли пришить, поскольку ближайший родственник не давал разрешения управлять телом. Выходило зря всё, забыть и не вспомнить, тем более, что погибшей женщине уже ничем нельзя было помочь.

– Пойдём отсюда, – сказал Дима, демонстративно продел руку Киры под свой локоть и увёл прочь словно подругу, с которой давно близок.

Кира и правда успела с ним сродниться, не прочь была бы иметь его братишкой. Мелькнула между делом мысль, что всерьёз огорчится, если Дима поведёт себя как прочие мужики, едва рискнёт предположить, что может добиться большего, нежели дружеское расположение. Жаль было бы разочароваться в единственном, кроме Матильды человеке, которому хотелось доверять.

Викентий проводил пару взглядом, но что он намеревался высмотреть и к каким выводам пришёл, Кира представить не могла.

В живых она разбиралась куда хуже, чем в мёртвых.

На улице царил обычный суетливый день и пришлось с неохотой вспомнить, что помимо трагических событий, есть ещё повседневные дела.

– Тебе, наверное, надо на занятия? В начале обучения преподы строго преследуют прогульщиков.

– У меня индивидуальный план обучения, но ты права, появляться в стенах академии всё же приходится.

– Вот и топай. Я свободнее распоряжаюсь временем, так что сегодня отлыню.