Конфидент

Кусок металла, которым заряжали, пистоли, ворвался в его тело, и теперь текла по одежде кровь, а в ране пробуждалась, нарастая злыми толчками, боль. Через ограду он ещё смог перебраться, потом просто упал. Силы кончились совсем. Деманд понял, что умирает. Его последнее звёздное небо простёрлось там, наверху, а он даже не успел толком испугаться.

Два лица заслонили свет, едва различимые в полумраке.

– Зажимай рану! – велела Медлен брату. – Деманд, как ты?

И тут он вспомнил главное. Оценил свои победы, сегодняшний триумф недоучки, превзошедшего новое знание.

Оно не должно было погибнуть вместе с ним! Пока не поздно, теплится ещё в голове рассудок, не весь воздух вышел из лёгкого надо было провозгласить наследство.

– Властью своей передаю тебе сей амулет, право и умение разговаривать со смертью в том и этом мире, – пробормотал Деманд. – Медлен, принимай! Пребудет теперь с тобой.

– Я не маг, у меня нет таких способностей! – отчаянно воскликнула она.

– Они есть у всех, надо лишь поверить в себя, и чудо проснётся.

Деманд действительно так думал. На грани миров он не мог ошибаться. Медлен сжала его холодеющие пальцы, и не разбила важный миг ненужными разговорами. Деманд смотрел сквозь сумерки, мечтая увидеть её ещё хоть раз при свете дня, разглядеть напоследок, но точно зная, что до рассвета не доживёт. Так и случилось. В ушах грохотали последние отчаянные удары сердца. Свет неумолимо мерк, веки тяжелели. Исчезли совсем два ставших родными лица, тьма сделалась полной.

Глава 19 Гарев

Никакого тоннеля в пользование не предоставили и света в его конце – тоже.

Гарев точно знал, что умер, но куда попал, понять не мог. Вокруг было не столько темно, сколько туманно, и брёл он сквозь эту муть как ёжик из старого мультфильма, только ничего не боялся, потому что: а смысл?

У него определённо имелось тело или некая его заменявшая субстанция, боли этот потусторонний организм не испытывал, так что новое бытие показалось бы вполне комфортным, не случись оно таким скучным. Временами из тумана выдавались смутные очертания однообразно серых предметов, но при ближайшем рассмотрении они оказывались всего лишь сгустками тьмы.

Когда впереди наметилось нечто почти цветное, Гарев не вдруг поверил своим глазам. Он приближался, а очередное явление приобретало всё более чёткие очертания, не тускнело, напротив, становилось ярче. Некое сооружение… Нет. Человек, сидящий на троне. Хотя, величавость незнакомца определённо померещилась. Не было её, один морок.