Девушка с волшебным платком

Себе Катя тоже достала из кладовки вещи посерьезнее тех, в которых ходила обычно, а кроме того, разыскала два высоких — даже Лехе они доходили до подбородка — деревянных посоха из орешника и два налобных фонаря на широких резинках.

У Лехи этот специфический набор явно вызвал приступ веселого любопытства, но нарядился он без возражений. А когда они оба уже полностью одетыми, даже с включенными фонарями, стояли в прихожей, Катя взмахом платка призвала маленькую круглую плетеную шкатулку. Открыла ее, вынула желудь, похожий на слепленый из разных тонов желтого пластилина маленький грибок, и новым взмахом заставила шкатулку вернуться на место.

Леха наблюдал за Катиными действиями очень внимательно, аж брови сошлись на переносице. Как будто он изо всех сил старался уловить, что происходит, но все еще не мог. Катя со вздохом подумала, что, наверное, все-таки давала ему маловато объяснений. Но утешилась мыслью, что скоро все и так станет яснее ясного.

Она убрала платок в карман и в освободившуюся правую руку взяла желудь, а в левую — посох.

— И что дальше?

— Возьми меня за запястье и держи крепко, — ответила Катя, протягивая ему руку с желудем.

Леха добросовестно выполнил инструкцию, обхватив Катино запястье так плотно, что рукой стало не шевельнуть. Но пальцам сгибаться это не мешало, и Катя сжала их в кулак, заставляя желудь расколоться. Послышался неожиданно громкий сухой треск, сердце пропустило удар, а когда, наверстывая упущенное, забилось снова, Катя с Лехой стояли не в тесном коридоре ее квартиры, а в ночном зимнем лесу.

Глава 13

Возможности любоваться необычным и почти сказочным пейзажем долго у Кати и Лехи не оказалось. Мороз здесь стоял градусов на двадцать крепче, чем там, где они в последний раз выходили на улицу, поэтому сразу пришлось перемотать шарфы, чтобы закрыть лицо до самых глаз, а шапки надвинуть прямо до бровей.

В добавок к этому снег, хоть и подмерзший, категорически отказывался держать Катю, а тем более Леху — стоило сделать шаг, и они оба провалились глубже чем по колено.

Идти по такому снегу было все равно, что плавать в море, только тело, вместо того чтобы стать легким, наоборот, с каждой секундой тяжелело.