Девушка с волшебным платком

Просто царапины оказались глубже, чем сначала подумала Катя.

— Я не знал, как тебе сказать про это, — тихо признался Леха, увидев, что Катя заметила кровь.

— Да ладно, нестрашно, — отмахнулась Катя. — Сейчас обработаю раны, и все. Шрамов у меня точно не останется.

— А, хорошо, — выдохнул Леха. — Идем тогда.

Катя кивнула, и после этого они наконец добрались до Катиной квартиры. Стоило Кате открыть дверь, как наружу выглянула Белка.

— Привет, Белочка, - сказала Катя, наклоняясь погладить кошку и заодно загнать ее обратно в квартиру.

Белка время от времени загоралась желанием исследовать мир, но дальше лестничной площадки никогда не уходила, и обычно Катя давала кошке спокойно прогуляться, но сейчас у Кати не осталось на это сил.

Да и внимание определенно рассеивалось, поняла Катя, когда протянула кошке руку, испачканную кровью. Той, разумеется, не понравился запах, и она, не дав себя погладить, скрылась в глубине квартиры.

Катя и Леха зашли следом. Если зеркалу в прихожей можно было верить, Катино лицо выглядело просто жутко.

— А ты проходи пока на кухню опять.

Дверь за собой Катя закрыла раньше, чем он сказал что-нибудь в ответ. В ванной свет был намного ярче, и Катя с облегчением рассмотрела, что большую часть жути нагоняла размазанная и начавшая уже высыхать кровь. Катя тут же принялась умываться, а когда закончила, лицо действительно оказалось практически нормальным, только на левой щеке было три длинных глубоких царапины, а на правой — четыре, причем одна из них неприятно близко подходила к внешнему уголку глаза.

Но как Катя совсем недавно говорила Лехе, шрамов не останется. Премудрые не жили дольше обычных людей и не могли одним махом излечивать смертельные болезни, как бы им ни хотелось, но раны у них заживали лучше и быстрее и, кроме самых тяжелых случаев, без следа. Даже после того ужасного дня в парке, когда на всем Катином теле сзади не осталось живого места, ей в итоге перепала всего парочка отметин на спине, причем за прошедшие месяцы они уже побелели и сгладились.

Хотя сначала, конечно, ей было очень плохо. Как перенеслась вместе с детьми и коляской прямо в середину большой комнаты, она еще помнила, а вот потом все утонуло в тумане. Катя просто рухнула на пол, оставив прибежавшей на шум матери разбираться и с Маринкой и Максимкой, и с Катиными ранами.

В следующий раз Катя очнулась, уже лежа на животе в своей постели.