Девушка с волшебным платком

Зато Настя сразу оживилась и спросила:

— Тогда, может, я пойду с тобой? Я все-таки премудрая, а вдвоем должно быть поспокойнее.

Леха от этого предложения заметно напрягся, но после того как он сам только что вызывался помочь, возразить ему было нечего.

Катя заколебалась. Настя действительно была премудрой. Но она почти ничего не знала о жизни премудрых, тем более о подобной вражде.

В конце концов, Катя, как всегда, остановилась на мысли, что втягивать посторонних в семейные проблемы не стоило. Ее собственная память тут же некстати подсказала, что, когда она в последний раз так рассуждала, Ворона покалечила Леху и едва не украла у него богатырскую палицу.

Но во второй раз за день такого точно не произошло бы. А вот с Настей, если Катя возьмет ее с собой, что-то еще могло случиться. К тому же, у Кати была только смутная идея, что делать с Вороной.

До сих пор она просто не подбиралась так близко, чтобы всерьез что-то планировать. Хотя в запасе были несколько подходящих диковинок, и с ними Катя могла что-то придумать, лучше не тащить за собой кого-то еще в эту историю.

— Не надо, — наконец ответила Катя вслух. — Я сама справлюсь. Но все равно спасибо, — добавила она и с удивлением услышала в своем голосе слезы.

— Вот уж точно не за что, — отмахнулась Настя. — Удачи! И до встречи, — настойчиво сказала она. — У Лешки есть твой телефон, и я обязательно тебе позвоню.

— Хорошо, — улыбнулась Катя.

В последнее время, ей звонили почти исключительно по работе, и весточка от Насти внесла бы приятное разнообразие.

Не вовремя прорезавшиеся сомнения в собственных силах заставили Катю вздрогнуть, но она притворилась, что это от холода. Попрощалась с Лехой и Настей, пожелав им счастливого Нового года, и зашагала прочь по тротуару.

Далеко идти ей не надо было, только до угла дома, где потемнее, а там Катя могла незаметно снова воспользоваться сапогами-скороходами.

Она зашагала быстрее. В последний момент обернулась: Леха с Настей уже снова целовались на подъездной дорожке. На секунду собственное одиночество прокололо сердце острее, чем обычно.

Катя подавила это чувство, щелкнула каблуками сапог-скороходов и перенеслась домой.