Пророчество в подарок

В ту же секунду из плафона люстры выполз крупный буро-рыжий паук, верхняя часть брюшка которого была украшена белыми пятнами.

- Любовь, будущая любовь, - громко прошипело насекомое и скрылось в своём укрытии.

Домовой загнул третий палец, немного подумал, посмотрел по сторонам, прислушался к всё ещё слышным, но уже неразборчивым голосам и сильно топнул ногой.

- Решено! По требованию большинства увидишь ты, Ламия, свою будущую любовь!

Девушка от стыда покраснела так, что даже в ночи это стало заметно, домовой увидел её смущение и попытался успокоить

- Не волнуйся, это узреешь только ты и никто более.

А главное – ведь будущее, хоть и можно посмотреть, его так же можно и изменить! Запомни это, ведьмы в силах изменить своё будущее, если, конечно, оно им не понравится, – с этими словами Жихарь заулыбался и подмигнул Ламии. От этого она снова засмущалась пуще прежнего. – Подойди ко мне, дитя, встань в круг!

Жихарь достал из-за пазухи прямую толстую ветку, украшенную странными надписями, и зелёным листочком на конце, направил её на пол, недалеко от стоящего телескопа появился круг огня.

По непонятным причинам горел сам воздух. Горел, но ничего вокруг не поджигал и не плавил, пламя было абсолютно холодным и невысоким.

Ламия слезла с кровати, с опаской подошла и легко переступила через синие языки огня, встав в центре. Жихарь подошёл к огненному кругу и начал произносить шёпотом, еле шевеля губами, заклинание:

- Приди Прозрение, открой видение, звездные ведьмы покажите будущее девы.

Домовой повторил эту фразу несколько раз и поднял свою ветку вверх так высоко, как только мог. С неба через окно в лист на ветке ударил рассеянный, еле уловимый глазом лучик света, а через секунду из него вырвался уже яркий концентрированный синий луч, который поразил Ламию в самый лоб. Последнее, что она увидела, прежде чем погрузиться в кромешную тьму, - это то, что рассеянное свечение шло с небес, от ведьминой звезды Сириуса.

Тьма перед глазами начала постепенно рассеиваться. Серые клубы темной материи оседали, и перед девушкой начали пробегать живые картины из жизни, смазанные, нечёткие очертания неизвестно кого и чего. Люди на этих абстрактных изображениях что-то делали, куда-то шли, занимались обычными делами. Но она не могла разобрать, как они выглядят. Сильно размытые силуэты в постоянном мерцании света от неизвестного источника – это всё, что она смогла разглядеть.