Печать Христова

Бестужев несколько смутился – не увидел под шубой накинутой подрясника? Но потом глянул внимательней и улыбнулся:

– Ого, и глава! Погодите, а вы же тогда знаете,наверно, автора тех статьей о Китае и переводов монгольской истории? Что-то в «Сибирском вестнике», что-то в «Сыне отечества», и автора там не указано, а видно, что со знанием дела человек пишет, явно из ваших.

Иоакинф всегда был тщеславен, так что гордо улыбнулся в ответ:

– Я и есть.

…Через две недели они сидели у Бестужева. Пили чай – уж этого добра у Иакинфа было припасено чуть не с пуд, на всю оставшуюся, сколько ее осталось, жизнь.

От сине-белой голландки шел ровный сухой жар, за окнами дымил туманом мутный питерский январь. Дела шли из рук вон – посольство в Питере было встречено немилостиво. Владыка Серафим всерьез затеял разбираться с неблагопристойным поведением членов миссии и ее злоупотреблениями, полным разорением и провалом проповеди не только среди китайцев, но и среди своих же, албазинцев. Иоакинфу было что сказать об этом – когда ты не миссионерами, а словно на войне ротой командуешь, и она все тает и тает… кто спятил, кто спился, пять человек и осталось всего из роты. А все, – мысленно говорил Иоакинф владыке Серафиму – потому что не всесильны Печати, как бы вы не старались… не сделает Печать из безграмотного выпивохи дипломата и проповедника слова Христова, и не наказанием должно быть путешествие за семь тысяч верст в чужие, золотые и звенящие края, а поощрением. Позволили бы мне набрать миссию, чтоб не в одиночку биться, да орари у парчовых дам выкупать – вот и не было бы злоупотреблений! Ну зачем Китай Костьке? Он там все тринадцать лет так и протосковал по березкам (вот уж хоть на востоке гадости этой нет – не любил Иоакинф дерево березу, мусорное дерево, ничего под ним не растет толком). А и денег бы выделили, владыко, чтоб еще и на ремонт церковный хватало, потому что и благообразия богослужебного одна Печать Христова не обеспечит, ассигнаций надобно на благообразие… Албазинцы по-русски-то уже не говорят, не проживешь требами среди них. Неуспех миссии, – говорил Иоакинф мысленно, – объясняется тем, что мы словно в зазор между двумя Печатями – Христовой и Государственной – провалились. Вроде и миссионеры, и албазинцев окормлять должны и слово Господне проповедовать… а вроде и дипломаты, разведку разведывать, за католиками да англичанами бдеть, обеспечивать присутствие Печати Российской в землях Печати Китайской.