Гуашь, акварель, акрил...

Отойдя в угол комнаты, она уселась в одно из кресел и сделала вид, что внимательно изучает циферблат своих наручных часов.

Светлана с видом победительницы уселась на диван напротив Анастасии. Остальные художники, обмениваясь неуверенными взглядами и пожимая плечами, тоже расселись по местам. Некоторые, как показалось Мише, хотели, как и он, возразить Светлане или хотя бы смягчить ее резкую отповедь, но потом все-таки решили не делать этого, признав ее правоту. «Ничего, - уверял себя Шубин, - сейчас придет Венедикт, он все разрулит и обязательно предложит Анастасии помощь!»

Глава «Светлой мансарды», как всегда, пришел минута в минуту.

Выглядел он не намного лучше своих учеников: Михаил мог бы поклясться, что он тоже полночи рисовал, а потом еще встал рано утром, чтобы заняться отбором заказов. Но держался руководитель бодро и на подчиненных смотрел спокойным и деловитым взглядом.

- Рад всех видеть и благодарен всем, кто вчера закончил рисунки, - улыбнулся Венедикт, усаживаясь за свой стол, перед которым полукругом стояли занятые художниками стулья.

– И очень рад сообщить тебе, Миша, что твою подопечную сегодня утром уже прооперировали. Будет она видеть или нет, врач пока сказать не может, но мы с вами это уже знаем…

Михаил молча кивнул и тоже улыбнулся. Он знал, что теперь незнакомая ему девушка обязательно будет видеть, и был счастлив. И хотя гордиться сделанной работой в «Мансарде» было не принято, художник все-таки чувствовал именно гордость за то, что ему снова, уже в который раз удалось кому-то помочь.

- Есть задания на сегодня, - продолжал, между тем, Венедикт. – Всего у меня было четырнадцать заявок, три я сразу отмел – там люди взрослые и проблемы у них не настолько серьезные, чтобы тратить наши силы. Остается одиннадцать, из которых надо выбрать… - он окинул взглядом сидевших напротив него людей. – Сегодня как, все в состоянии работать? Может, кому-нибудь отдых нужен?

Михаил первым замотал головой и краем глаза увидел, что то же самое делают и все остальные.

Раз уж они дошли до места сбора, значит, силы у них есть и на работу их тоже хватит.

- Прекрасно, тогда слушайте, - предводитель художников придвинул к себе лежащий на столе исписанный лист бумаги. – Есть два молодых человека, одному двадцать четыре года, другому – двадцать семь. У обоих похожие проблемы со здоровьем и очень серьезные – оба проживут не больше года.