Покер, деньги, два ствола

Я припомнил, что мельком видел его у барной стойки.

Я сразу почуял гаэнфантера[3], однако мое третье колечко пока не сработало.

— Не нужно хвататься за оружие, мистер Блэк, я зашел просто поговорить. Меня зовут Стрит и я прошу вас ответить на один простой вопрос, хотя, конечно же, это не мое дело: зачем вам столько денег?

— Все очень просто, мистер Стрит, действительно столько денег для жизни мне не нужно, я достаточно скромен. Но в Техасе объявилась эпидемия воробьиного гриппа, а, как известно, половина заболевших умрет.

— Нечто подобное я и предположил, хотя не думал, что вы настолько меркантильны. Но главное то, что вы хотите спасти всех, а меркантильность оставим на потом, — улыбнулся он.

— Я ответил на ваш вопрос. И что теперь?

— Мне тоже жаль этих людей, которые неизбежно умрут без вакцины, и я хочу присоединиться к вам. Сколько вы уже набрали?

— У меня есть сорок две тысячи.

— У меня шестьдесят одна и я предлагаю объединить усилия, — и Стрит посмотрел на свое колечко с небольшим бриллиантом, явно волшебное и дорогое.

— Я принимаю вашу помощь, мистер Стрит, не из меркантильных соображений, а потому, что чем раньше в ход пойдет вакцина, тем меньше народу откинет копыта.

— Тогда нам стоит отправиться на покерный турнир в столицу Техаса — Остин. Там как раз через три дня начинается турнир по техасскому холдему, начальный взнос тридцать тысяч. Победитель получает триста тысяч.

— Отличная идея, Стрит! Седлаем лошадей и едем!

***

В Остине была жуткая толкотня. Сотни игроков и тысячи любителей покера собрались в городе. Огромное количество торговцев съехалось и предлагала свои товары. На улицах промышляли карманники и мы очень тщательно, но без фанатизма, следили за своими деньгами.

Турнир начинался завтра, но мы уже успели подать заявку и оплатить первый взнос, так что участие в турнире нам было обеспеченно.

— Давай вернемся в гостиницу, — предложил я Стриту, шепча прямо в ухо. — А то бродим бесцельно, только ищем приключений на задницу.

— Ну, раз ты так хочешь, то вернемся, — легко согласился он, — у нас еще больше сорока тысяч на двоих и позволить их украсть было бы неправильно. Пусть щипачи стырят кошелек у кого-то другого.