Апостол Смерти

– Я неохотно ткнул пальцем в покоцанную дверь соседа, и Демид решительно постучал по ней кулаком.

Не раньше, чем через минуту ожидания раздался тяжёлый металлический лязг, эхом отразившийся по всему подъезду. Из-за двери выглянула седая голова низкого худощавого старика в квадратных очках.

– Добрый день. Пётр Иванович? – вежливо заговорил Демид со знанием своего дела.

Сосед стрельнул подозрительным взглядом в Леру и опять в него.

– Пётр Иванович, – подтвердил он хрипловатым старческим голосом. – А вам кого?

– Мы друзья Никиты Баланецкого, вашего соседа.

– Никитки-то? – Дверь открылась шире, и сосед предстал перед нами в поношенной клетчатой рубашке и в рваном на колене синем трико. Он носил эти вещи, сколько я его помню. – А я давно уж его не вижу, и машина во дворе не стоит. То ли загулял, то ли совсем пропал на своих подработках…

– Умер Никитка, – как битой по голове, огрел его новостью Демид.

У старика откинулась щетинистая челюсть.

– Как… как это умер? – просипел он.

– Никитка! Помер?!

– Больше сорока дней прошло, Пётр Иванович, – сочувствующим голосом сказал Сумрак. – Меня зовут Демид, я только прилетел с отпуска, и Лера, его девушка, – положил руку на плечо Леры, – мне рассказала.

«Моя девушка» растерялась ровно на секунду и состроила скорбное выражение.

– Разбился он на своей машине, – траурно произнесла она и опустила голову. Демид обнял её за плечи, а старик заахал. – Гроб на колёсах эта его древняя десятка, я всегда ему это говорила, и вот!

– Девятка! – воскликнул я, но Демид оборвал меня на полуслове:

– К вам разве не заходил участковый?

Сосед, поколебавшись, почесал пальцем голову.

– Ко мне-то, бывает, кто и стучит, да я ж пока с кровати встану, пока до двери доковыляю, открою, а уже и нет никого.

– Могила без фотографии, – сообщил некромант.

– У Никиты ни родственников, ни друзей не было, – всхлипнула Лера и спохватилась. – Кроме нас! А у меня только наши совместные фото… сказали, нельзя на могилу…

– Никого у него не было, – закивал Пётр Иванович.

– Мать погибла, а как и бабка его, Лидия Семённа, померла, так совсем один остался. Два дня внука с армии не дождалась! А ведь носилась последнюю неделю перед дембелем его, суетилась, готовилась, а тут возьми и скакни давлёнка! Хотел Никитка приехать на бабкины блины, а приехал на её похороны. В такие долги влез, чтоб бабку схоронить, совсем исхудал с голодухи.

– Может, хватит? – разозлился я.