Апостол Смерти

Я схлопотал замечание в дневник за прогул, посрамляющую тираду учительницы при всём классе и вызов к директору. Но эти жертвы и мочевой пузырь, что, казалось, уже сдавил мне все внутренности, ведь сходить в туалет я так и не успел, были достойной ценой нашего знакомства.

С тех пор мы здоровались на переменах, несколько раз виделись на улицах и даже разок посидели на детской площадке, общаясь на разные и – как бы удивительно это ни было с нашими судьбами – весёлые темы.

Дарья закончила одиннадцатый класс и пропала.

Наверное, это одна из причин, по которой я без сожаления бросил школу после девятого класса и пошёл подрабатывать то здесь, то там.

В семнадцать лет я нашёл её на местном сайте знакомств и через несколько часов борьбы со скромностью и шаткой самооценкой постучался к ней в друзья.

Она первая написала мне. Несколько бессонных ночей в виртуальном общении, рабочие дни в сонном тумане под литры энергетиков, встречи наяву и страстный роман. В тот период моя бабушка часто лежала в больнице, а сестра Дарьи, заядлая домоседка и любительница принимать гостей, не высовывала носа из квартиры.

Так что самым частым местом наших свиданий и незабываемых ночей была моя халупа.

Потом пришло совершеннолетие, а вместе с ним и повестка в военкомат. Правда, по так и невыясненным причинам она задержалась на полгода, и вместо весеннего призыва меня ожидал осенний.

Дарья отнеслась к этому с достойным смирением и с безграничной уверенностью, как о чём-то естественном, заявила, что будет меня ждать. Только вот я был реалистом.

Она – двадцатидвухлетняя красотка, никогда не обделённая мужским вниманием, я – восемнадцатилетний нищий неудачник с образованием в девять классов. Что я мог ей предложить? Даже не так – как и ради чего эта молодая живая картинка будет ждать такое «ничто» целых два года?

Я готовился к расставанию и всем своим отношением, прощальной теплотой и заботой готовил к этому и Дарью. Она вела себя так, как если бы перед нами было долгое и счастливое будущее, никогда не заговаривала о моём призыве, а когда больная тема всё же заводилась, до истерик клялась, что дождётся.

В конечном итоге, так и не добившись от меня той же уверенности, она пришла ко мне за пару дней до моего уезда.

– Я решила продать квартиру, – непринуждённо сказала она, застёгивая пуговицы блузки. – Закончу сейчас институт, Сашке уже девятнадцать будет, рванём с ней на Урал. Купим частный домик и заживём. Учиться она всё равно не хочет, пускай работу ищет в тёплых краях.