Дело о золотой маске

Для создания тинктур и прочих препаратов, которыми Чардин славился на всю Челию и другие континенты, порой требовались ингредиенты, какие в обыкновенной пробирке не унесешь, да и в сумках не спрячешь. Для них создавались «живые» предметы, обладающие, если не зачатками разума, то характером.

— Дарвейн и наукомагоград?.. — засомневался Итен.

— Друг друга терпеть не могут, — перебил Лидар. — Простецы, повернутые на механике, слишком слабы, чтобы скрипеть зубами в сторону столицы или Вирэи, зато строить козни тем, кого полагают своими главными конкурентами, считают всенепременным и обязательным.

— А нам это лишь на руку: пока в Челии ведется необъявленная война между сильнейшими городами, никто не пытается конкурировать с Гранвилем или выбивать себе привилегии в обход главного торгового града.

— Разделяй и властвуй.

— Вот только откуда у дарвейнца данная вещица, да еще с нечтом внутри? — Итен попробовал мешок поднять и с удивлением понял, что не может. — Это какой же силой обладал задержанный, раз умудрялся тянуть его к ограде набережной.

— Снова немагические игрушки, — сказал Лидар. — У этого типчика под пальто притаилась пара дополнительных механических рук: крепились на корсете.

— Да?

— Ага. Ликвидировал, когда тащил мерзавца к берегу, а то ждало бы нас продолжение драки.

— И я снова не заметил…

— Был настроен на магическое видение, а из него выпадают всякие технические прибамбасы. Да и алхимические, ведь мешочек также просмотрел.

— Надо, — согласился Итен. — Но ты все же понял ошибку, а я — нет.

— Ты не обезвреживал его, не надевал наручники, не держал, а вот я почти опростоволосился. И техник, между прочим, тоже. Кстати, прыгал он, используя именно механические конечности.

— Час от часу не легче.

— Не кисни! — Лидар ободряюще ткнул его в плечо.

— Как он еще не размазал нас по камням?..

— В управлении непременно спросят. Хотя я и так скажу, чего здесь случилось.

— Весь внимание.

— Промышленный шпионаж, — не без гордости от собственной догадливости, заявил Лидар. — Дарвейнец прибыл в Гранвилль, нашел местного, которому щедро приплатил, а тот, в свою очередь, нашел какого-нибудь обиженного зельевара, отлученного от заказов, кормушек и библиотек.