Повелители стихий: новая угроза

Тараканы всё прибывали, потолок и стены темнели за их тельцами. Ещё минута – и в комнате не останется ни одного свободного клочка.

«Ты же повелеваешь Воздухом», - промелькнуло в голове, – «Сотри их в порошок!»

Денис сделал выпад – воздух ударил в стены, в ушах зазвучал протяжный гул, и в тот же миг в затылке вспыхнула боль – перед глазами мгновенно сомкнулась чернота.

Денис не понял, как оказался на полу, но вспоминать было некогда. Он вскочил на ноги, выставив руки, чтобы защищаться от напирающих стай тараканов, но тут же осел обратно – страшно закружилась голова.

Чувствуя себя сбитым с толку, Денис таращился по сторонам: на безупречные белые стены, на чистый пол и горящий светом потолок. Напрашивался очевидный вывод: никаких насекомых в его отсеке не было и в помине, это просто какое-то абсурдное видение. Можно спокойно выдохнуть, но Денису наоборот сделалось не по себе – плохой знак: сознание начинало с ним зло играть.

Углубиться в тревожные размышления ему не удалось, пока он пытался понять, что с ним приключилось, тихонько открылась дверь, и появился Веккер. Опять с подносом в руках.

Казалось, они виделись совсем недавно – самое большое, день назад, но судя по щетине на лице доктора, начавшую превращаться в бороду, прошло суток пять, не меньше.

Веккер подошёл к Денису и протянул ему поднос. Тот смотрел прямо перед собой, делая вид, что не замечает постороннего присутствия.

- Поешь, Денис – мягко, почти что ласково, сказал Веккер. – Я прикажу, чтобы вернули койку – отдохнёшь, выспишься. Давно пора со всем этим заканчивать.

Денис, игнорируя протянутый поднос, перевёл взгляд на доктора и проговорил сиплым, как у курильщика с многолетним стажем, голосом:

- Звонок домой.

Веккер молчал. Денису казалось, доктор пытается его загипнотизировать своим тяжёлым пристальным взглядом.

- Твоя голодовка становится опасной, - заговорил Веккер, спустя, наверное, целую минуту.

Денис, придерживаясь избранной тактики, продолжил упрямо молчать.

Доктор покачал головой, как будто этот разговор успел его утомить.

- Так всё, - выдохнул он, – вот где у меня всё это сидит, - доктор приложил к горлу ребро ладони. - Хватит. Мне надоело с тобой нянчиться. – Он говорил беззлобно, скорее с усталостью. - Окта, пусть заходят.

Дверь открылась.